— Тогда я могу только пожелать, чтобы мне разрешили сопровождать вас, — с горечью сказал сэр Джеральд.

— Сохраните мой город. Спасите мой народ, чтобы было кому радоваться победе.

— Победа обойдется дорого. У нас останутся городские стены и горстка людей. Начался голод, и чума снова распространяется.

Когда последнего орденского скакуна завели на лодку, к королеве подошел приор Уишарт.

— Я оставлю вам пятьдесят рыцарей. Больше не могу. Это почти половина моего ордена.

Королева взяла сэра Джеральда за руку.

— Только вам я могу это сказать, — прошептала она. — Лучше потерять Харндон, чем потерять все. Вы арьергард, сэр рыцарь. Удержитесь, если сможете.

У него за спиной орал мастер Пиэл, командуя подъемом невероятно тяжелого бронзового ствола. Приор Уишарт положил руку королеве на плечо.

— Мадам, пусть вы командуете арьергардом, я прошу вас поехать с моим авангардом. Нас немного, но у нас есть запасные лошади, и я боюсь за Лиссен Карак. Боюсь всего: предательства, осады, битвы, магии. Пожалуйста, отпустите меня.

Она странно посмотрела на него и сжала его руку.

— Подождите, милорд. У меня есть план для вас. И вы позаботитесь о моей крепости в Лиссен Карак.

— Стой! — крикнул мастер Пиэл.

Двести человек остановились, тяжелый канат примотали к столбу. Старый мастер спрыгнул на палубу и осмотрел бронзовый ствол.

— Бросай!

Мужчины крякнули, смазанные салом блоки завизжали, принимая на себя огромный вес. Бычья кожа и холстина, удерживавшие ствол, застонали, и вся конструкция повернулась на палец, на второй. Проворный подмастерье взял острый нож и, повинуясь кивку мастера, принялся разрезать веревки. Ствол опустился на ладонь, подмастерье перерезал очередную веревку… так груз и спускался короткими рывками, пока не коснулся палубы и не замер, прижимая огромную баржу к воде. Судно осело со скрипом, и кое-где между досками показалась вода.

Королева подошла к мастеру Пиэлу, который стоял на палубе и смотрел, как подмастерья освобождают бронзовый ствол от холстины. Пушка была украшена ручками в виде дельфинов, а дуло оформили как ревущую пасть дракона. Вокруг казенной части был выбит девиз Ultima Ratio Humanum [3] .

— Долго еще, Пиэл?

— Еще семь. Простите, ваше величество. Здесь нельзя торопиться.

Ее капитан Ранальд Лаклан что-то тихо сказал своей жене Ребекке. Она кивнула и подошла к королеве.

— Ваша милость, речной конвой уже очень велик. Сэр Ранальд предлагает авангарду воспользоваться приливом и уйти. — Она посмотрела на мастера Пиэла, который наблюдал, как ученики проверяют, цела ли люлька для пушек. — И просит вас отпустить приора.

— Я сама так думаю, леди Альмспенд. Ой, леди Лаклан!

Она вернулась к своим офицерам. Остановилась поцеловать сына в лоб, а затем обратилась к первым людям города:

— Дамы и господа. Я собираюсь выступить сегодня. Расскажите мне о цене этого решения.

Приор Уишарт указал на баржи.

— Существует немалый риск поражения. Так или иначе, мы должны опасаться, что враг попытается разделить нас, оставив сэра Гэвина к северу от реки, а нас — к югу и разделавшись с нами по отдельности. Любое разделение нас ослабит.

— Мы станем еще слабее, если придем слишком поздно и увидим, что Лиссен Карак пал. Господа, это очень похоже на события двухлетней давности. Возможно, та война была всего лишь репетицией. Но на этот раз мы лучше подготовлены: налажено снабжение, обучены люди. Выступаем. — Она посмотрела на Бекку Лаклан: — Где граф Приграничья?

— Ваша светлость, он двинулся на запад два дня назад. По рыночному тракту.

— Тогда он будет в Лиссен Карак или достаточно близко. Разумеется, он нас прикроет.

Уишарт пожал плечами.

— Ваша светлость, все это довольно рискованно. Мы полагаемся на… удачу. И волю Божью.

— Я верю в Божью волю. Авангард выступает немедленно. Телеги уходят пустыми. Я ожидаю, что они доберутся до Лорики вечером и минуют шестой мост завтра.

План простой по сути, но сложный в деталях, как всегда и бывает. Обоз ехал по суше пустым, чтобы оказаться у седьмого моста одновременно с речными судами. У королевы было маловато войска — только гвардия и орден. Рыцари уже отправились на север с графом Гаретом и ее братом, принцем Танкредом. Созвали ополчение. Кое-кто только что вернулся домой с последней войны. Со времен великой битвы на севере, тридцать с лишним лет назад, ополчение не собирали дважды за одно лето.

— Самое ценное окажется на реке, и некому будет это защитить, — сказал сэр Джеральд.

— Так и будет. «Боится она своей судьбы, ее заслуги вздор, и не получит без борьбы победу иль позор» [4] . Вперед!

Один за другим ее капитаны отсалютовали. А потом уплыли, угребли, уехали или ушли. Оставшись одна, она быстро подошла к приору Уишарту. Он низко поклонился. Пожалуй, он был среди самых верных ее слуг, вместе с Джеральдом и Гармодием.

— Прошу прощения за то, что заставила вас ждать. Я разделяю ваши опасения. У меня есть письмо для королевских почтовых постов. Вы полетите как ветер.