– И не верь, Дирижер. В предсказания, сны и тому подобную чушь. Только придурки в это верят. Одни только пацаны.

Я вздохнул чуток свободней. Колдовства не существовало.

Тут я вспомнил, что мама, когда я был еще ребенком, говорила мне то же самое.

Да ладно уж. Всегда стоит проконсультироваться у специалиста.

В хибаре на Западной меня уже ожидали Тромбон и Флейтяра. Они пытались играть, но что-то не клеилось, так что Флейтяра чуть на стенку не лез.

– А где Контрабас?
– спросил я.

– Поперся к какой-то сучке, - ответил Тромбон.

– Какие-нибудь деньги у вас брал?

– Никаких.

Меня будто сапогом в зад трахнули. Именно такое чувство. По-видимому, эта блядушка собиралась дать ему на шару. Втюрилась в Контрабаса? Невозможно. Почему тогда не в меня?

На этот вопрос ответа не было.

За работу мы взялись втроем. Похоже, что все усложнялось, а мы этого не любили. Это заставляло задуматься.

Тромбон с Флейтярой никогда в "Голубом Щите" не были, так что пригодиться мне не могли. Они всегда захаживали в "Квазар", ближе, дешевле, и всех знали.

А "Голубой Щит"? Ну что там было такого особого?

Располагался под землей, но в квартале Красных Дубинок все забегаловки располагались под землей, потому что там никогда не было спокойно, и очень часто стекла в окнах выставлялись.

Ага, в "Голубом" был единственный на весь город биллиардный стол. Еще довоенный. И что с того, скрипач в биллиард не играл.

Ну так что же? В голову ничего не лезло.

Выхода не было. Надо было еще разок пройтись в заведение. Сейчас или вечерком. Я предпочитал идти вечером. Возможная встреча со скрипачом могла приблизить меня к цели.

Мы целый день репетировали Шопена, но Контрабаса нам не хватало. Пришел он только под самый вечер. И, похоже, был ужасно довольный собой.

– Где ты, сука, шастал столько времени?
– набросился я на него.

– С Амандой был, - ответил он.

Меня буквально трясло.

– А бабки у тебя откуда?

Тут уж он совершенно разлыбился.

– А я задаром ее трахал. По любви.

После такого нас буквально кондрашка хватила. Ясный перец, в жизни по-разному случается. Время было как время, жаловаться нечего. Понятно, женщина сейчас фрукт редкий, в последней войне они дохли как мухи. И это естественно, что выжившие стали общественной собственностью, за что заставляли себе платить. Мы и платили. Если уж припирало, платили и баста. Иногда случалось проехаться на шармака. Редко, но случалось.

Но вот, чтобы по любви?

– Твою мать, - просопел Контрабас.

– Ладно, это твое личное горе, - сказал я.
– Право имеешь. Вот только одно меня беспокоит. То, что музыку забрасываешь. Мы тут без тебя играли, Контрабас. А Шопен, парень, это ведь гений был.

Контрабас взял инструмент и сыграл пару вставок. Я покачал головой и стал собираться на выход.

– Дирижер, а тебя куда черти несут?
– крикнул Флейтяра.
– Наконец-то мы месте и можем круто взлабнуть. Так что, куда прешь?

– Еще разок схожу в ту подземную забегаловку, - отрезал я.

– Я с тобой, - сказал Контрабас.

– И не думай, - наехал на него Тромбон.

– Оставайся, - сказал и я.

Он пытался было что-то вякать, но Флейтяра быстро заткнул ему рот. Все деньги я оставил на месте. О скрипаче до сих пор ничего не знал. Но пистолет взять было надо, хотя я и рисковал его потерять, равно как и предыдущий. Гораздо безопаснее было оставить голову, только не пушку.

В течение почти всей дороги к "Голубому Щиту" я пытался придумать что-нибудь хоть чуточку имеющее смысл. Только все расклады выходили пустыми. Меня наняли, чтобы я стрелял, а не мучил понапрасну свою серость в башке. Когда же я дотащился наконец до заведения, рожа у меня была не из самых веселых. А тут еще этот клозетная бабка. Это ж как он на меня глянул. Похоже, что он не слишком верил, что я пришью скрипача. Ну и хер с ним!

Это я должен был верить.

Уселся я в том же самом месте, что и в прошлый раз. Людей было столько же. Наверняка здесь были и такие, кого скрипач не только не пугал, а наоборот, притягивал. Развлекуха! Я поделился этими мыслями с барменом.

– Угу, - буркнул тот.
– Кое-кто подобное любит. Только люди почти не носят деньги, и спиртное не покупают. Мы уже в минусе.

Он положил руки на стойку.

– Скоро придется закрывать лавочку, потому что этот гад вычищает кассу до грошика.

Я взял выпивку, чтобы немного раскрутить обороты, и стал осматриваться. а было ли в этом месте что-то особое, отличное от всего другого и полезное для скрипача? Кабак как кабак, девочки как и везде глазки строят, заигрывают. Какой-то миг сне даже хотелось отбросить всю эту работу к черту. Можно было бы у бармена занять несколько злотов и позволить себе перепихнуться по маленькой. Только... сто пятьдесят лимонов. Я вздохнул. Люди сидели за столиками, немножко пили, немножко кричали. Все как и везде. Черт подери, ну что же могло помочь решить эту загадку?