Замира слушала ее раскрыв рот, после чего призналась:

— Я не читала других ваших книг, мисс Дравич. Они тоже о войне?

— Ну что вы! Нет, конечно. Свои книги я писала на основе впечатлений, полученных мной во время выполнения разных журналистских заданий. Например, по заданию журнала «The New Republic» я как-то месяц прожила в резиденции Далай-ламы в индийском городке Дхарамсала. Мне поручили написать серию статей о жизни духовного тибетского лидера в изгнании. Однако интервью с Далай-ламой и его администрацией мне показалось мало, я решила, что к статье надо прибавить обзор на политическую ситуацию в Лхасе, которая оккупирована китайским режимом. Но когда я попробовала въехать на территорию Тибета, китайцы отказали мне в визе. В тот момент я поняла, как временами плохо быть узнаваемой личностью — ты не можешь незаметно пересечь границу! Но я решила не сдаваться. Если Александра Давид-Неель смогла проникнуть в Лхасу во времена, когда этот город считался запретным для иностранцев — то я подавно смогу!

— Я слышала про Александру Давид-Неель, — поддакнула дочь Салмахова. — Однажды я видела фильм, снятый по ее книге.

— Она была настоящей авантюристкой! Александра обмазалась навозом, чтобы на пограничном посту в Тибете в ней не признали иностранку. Она стала первопроходцем среди путешественников, первой проникнув в Лхасу. Честное слово, если бы я не была католичкой и верила в перерождение душ, то решила бы, что я — это ее реинкарнация.

— И вы тоже пересекли границу, выдавая себя за местную жительницу?

— Да, но, слава богу, мазаться навозом мне не пришлось. Я попросила меня загримировать под мужчину, мне даже бороду приклеили! — при воспоминании об этом Адрия весело улыбнулась — И за небольшую взятку меня провезли через границу. Ох уж я похулиганила тогда в Лхасе! После моего возращения в США, издатель, узнав о моих приключениях, решил, что мне следует написать об этом книгу. Он сказал: «Ты писала о Боснийской войне, геноциде в Восточной Африке, о мексиканских наркотартелях — а теперь напиши про то, как ты обманула китайских пограничников». Вот так появилась на свет моя, пожалуй, самая юмористическая книга — «Задняя дверь Тибета». На Нобелевскую премию она не номинировалась, но стала бестселлером.

Замира Салмахова посмотрела на нее влюбленными глазами:

— У вас такая насыщенная жизнь! — сокрушенно пробормотала она. — Если я скажу, что не завидую, то совру.

Журналистка поцокала языком, возражая:

— О, милая! Прежде чем завидовать, задайтесь вопросом, чем мне пришлось пожертвовать ради такой жизни. Мне уже почти сорок лет и у меня никогда не было ни семьи, ни детей. Я просто не могу себе позволить такой роскоши. И, кроме того, что подобная работа является препятствием для создания долгосрочных отношений, она еще и опасна для жизни. В 2005-м году, освещая гражданские беспорядки во Франции, я подверглась нападению молодежной группировки и мне чуть не проломили череп. В 2007-м, пока я находилась в мексиканском городе Сьюдад-Хуарес, на мою жизнь дважды покушались местные бандиты, не говоря уже об угрозах. А когда я освещала акции протеста Бенгази, в начале ливийской «арабской весны», то получила пулевое ранение в руку.

— Вы очень смелый человек! — не могла не польстить ей Замира.

— Я предпочитаю выражение «адреналиновый наркоман», — смешок сорвался с губ женщины. — К моему величайшему сожалению, мне не удалось побывать в Эмесламе в годы военных действий. Поэтому, когда «The Washington Post» захотел получить обширное интервью с президентом республики Мирзой Ашургаловым, я сразу же согласилась взять это задание. Как можно упустить такой шанс?

Гуран Салмахов, доселе молча слушавший разговор, обратился к Дравич:

— В телефонном разговоре вы упоминали, что хотите написать книгу про Эмеслам…

Адрия приняла скучающий вид, словно речь шла о пустяках:

— О, это пока что только мои планы. Кто знает, суждено ли им сбыться? Всё зависит от того, удастся ли мне найти в Эмесламе достойный материал для книги.

Отец и дочь многозначительно переглянулись друг с другом.

— Думаю, вы не будете разочарованы, — заметил Гуран Салмахов, но произнес это как-то неуверенно.

Журналистка, не желая больше говорить о своей еще не написанной книге, отвлеклась на проносящийся за окнами пейзаж. Хоть Адрия и не показывала этого, но она уже пребывала в восхищении от этой Эмеслама — её чутье подсказывало ей, что эта страна полна загадок и сюрпризов. То, что надо для её новой книги! Нужно только терпеливо порыться в грязном белье местных политиков, и тогда сенсация сама придет в руки к мамочке!

— Моя супруга просила передать вам приглашение поужинать у нас дома, — сказал Гуран Салмахов, когда они уже ехали по улицам города.

Адрия надела на лицо одну из своих самых приветливых гримас:

— С огромным удовольствием! Так и передайте госпоже Салмаховой.

Владелец журнала даже покраснел от удовольствия. Договорившись с Адрией о том, что он заедет за ней около восьми вечера, Салмахов высадил журналистку у входа в фешенебельную гостиницу. Распрощавшись со своими новыми знакомыми, Адрия поспешила занять гостиничный номер, где с удовольствием залезла в душ. После, разложив вещи и с выкурив несколько сигарет, она уселась за ноутбук, решив освежить в памяти свои знания о республике, в которой ей предстояло провести журналистское расследование.

До 1991-го года Эмеслам входил в состав Союза Советских Социалистических Республик, но когда СССР начал трещать по швам, республика решила провести референдум о независимости от «Большого брата» по примеру соседней Туркмении. Подавляющем большинством голосов — 90 % — референдум закончился решением отделиться от России. В 90-е годы и в первой половине двухтысячных Эмеслам процветал, в отличии от России, которую разрывали на части экономические кризисы и межэтнические конфликты. Однако никакое благополучие не бывает вечным! Однажды в Эмеслам пришла война.