– У нас больше недели уже нет секса, - смущенно ответила я. – Он постоянно рисует меня, но дальше этого ничего не заходит.

– Пожалуй, с этим нужно только смириться. Все творческие люди, когда ловят свою определённую волну, забывают обо всем на свете. Я ведь точно такая же, и ты это прекрасно знаешь.

– Понимаю, но мне от этого легче совсем не становится. Патрик смотрит на меня так, будто я лишь объект его вдохновения. Мы никогда с ним ничего не обсуждаем, не делимся событиями прошедшего дня. Всё это так странно. Когда Холланд вдохновлен очередной идеей, то он будто уходит в какой-то свой мир, в который мне никогда не попасть.

– Дорогая, с художниками иначе и не бывает, - Марго села рядом со мной и приобняла. – Но всё же лучше, что он вдохновлен тобой, а не какой-то другой девушкой.

– В том-то и дело, что я этого больше всего боюсь. Боюсь, увидеть в его глазах азарт по отношению к другой женщине, а не ко мне.

– Любовь, ровно, как и искусство – очень эгоистичное явление. Тут либо миришься с этим, либо уходишь. Увы, иначе никак нельзя.

Я тяжело вздохнула, осознавая всю суть сложившейся ситуации. Между нами не может быть ничего серьезного, и я согласилась принять эти условия. Тогда почему, в груди становится как-то больно, когда я в очередной раз сталкиваюсь с барьером, что выстроил между нами Патрик?

Мой телефон внезапно зазвонил, и я уже наперед знала, кто решил меня потревожить утром выходного дня.

– У меня появилась одна сногсшибательная идея, - слышу восторженный голос Патрика.

– И какая?

– Не могу тебе сказать, пусть будет сюрпризом.

– Так нечестно! Я хочу знать.

– Нет-нет, пока что пусть это останется в тайне.

– Ладно, - сдаюсь я. – И какой у нас план?

– Для начала просто приезжай ко мне. Даю тебе ровно час.

Это было уже слишком! Я чувствовала себя девочкой по вызову, которая обязана выполнять прихоть клиента. Во мне внезапно разыгралась такая невероятная нервозность, что просто хотелось запустить телефон в стену. Не думала, что отсутствие секса так сильно влияет на организм.

Ровно через час я уже стояла у дверей квартиры Патрика. Поправив свои волосы, я хотела позвонить, но Холланд опередил меня. Он открыл дверь и посмотрел на меня заговорщическим взглядом.

– Готова? – Патрик взял меня за руку и провел в гостиную.

– К чему?

Ответа не последовала, так как он находился прямо в гостиной. На шикарном кожаном диване сидел енот и с аппетитом поедал печенье. В первые секунды я не поверила своим глазам. Прежде я никогда не видела живого енота.

– Думаю, теперь ты понимаешь, почему я не смог заехать за тобой? – Холланд хохотнул. – Этот малыш перевернул бы весь мой дом вверх-дном. А я не мог этого позволить.

– Какой очаровательный, - с восторгом произнесла я. – Но откуда он у тебя?

– Мой приятель спонсирует небольшой питомник. Я решил взять Микки для небольшой работы. Наверное, представители Гринписа меня бы сейчас просто убили.

– Для какой работы?

– Хочу изобразить тебя с Микки. Стандартная схема: я дела набросок, а потом ты можешь быть свободна.

– Я даже не знаю, смогу ли. А если он меня укусит?

– Не укусит, он довольно спокойный. Можешь сесть рядом с ним, так сказать познакомитесь поближе.

Я немного боялась, хотя малыш боялся, наверное, не меньше. Он быстро-быстро грыз свое печенье, а когда увидел, что я иду к нему, схватил лакомство и взобрался на спинку дивана. Я остановилась.

– Садись, он потом сам к тебе подойдет, - объяснил Холланд, наблюдая за происходящим со стороны.

Я села на самый краешек дивана, сложив руки на коленях. Я была так взволнована, что даже не могла пошевелиться. Микки посмотрел на меня, как бы изучающе, а затем продолжишь грызть печенье.

– Почему его зовут Микки? – тихо спросила я, чтобы не спугнуть маленького обжору.

– Не знаю, если честно. По-моему, такое имя ему дал ребенок моего приятеля. В целом оно ему подходит. Я случайно нашел его в прошлом году. Микки рылся в мусорных баках и похоже бродячие собаки на него напали. Если присмотреться у него правое ушко немного меньше левого и одного пальчика не хватает. Я отвез его к ветеринару, там его выходили, а потом Микки попал в питомник моего приятеля. Я не мог оставить сорванца у себя, поэтому нашел такую альтернативу, - когда Патрик рассказывал это, енот плавно опустился обратно на диван, чтобы взять еще одно печенье из тарелки, что стояла на журнальном столике.

– А я всегда хотела иметь какое-нибудь домашнее животное. Меня как-то с детства тянуло к ним. Я постоянно подкармливала собак всяких и кошек тоже.

– Так почему не завела себе кого-нибудь? – Холланд опустился в кресло, что стояло неподалёку от дивана, и заинтересованно посмотрел на меня.

– Мама не разрешала. Она была убеждена, что домашнее животное будет мешать мне хорошо учиться.

– А ты как думаешь, в чем истинная причина?

– Мне кажется, мама просто не любит животных. Конечно, ее можно понять: маленький ребенок, тяжелая работа. А если появилась бы какая-то кошка, то и за ней надо было бы присматривать, а это еще дополнительные хлопоты. Тем более, мама не выносит беспорядок, а с животными иначе не бывает.