Она отвела глаза, сделала несколько глотков морса, показавшегося ей сейчас неимоверно кислым.

— Зачем вы спрашиваете? — проговорила чуть ли не шёпотом.

— Пытаюсь понять, — спокойно пояснил он. — Я же учёный, забыли?

— Помню, — фыркнула она раздражённо, — Я — дочь вождя. Я должна исполнить его волю. Так понятно?

— А как же «свободная дочь свободного племени»? — тут же спросил он.

— Дочь должна уважать волю отца! — заявила она с вызовом и прямо посмотрела ему в глаза.

— Тогда какая же это свобода? — резонно заметил он и поднялся со скамейки, — Счастья вам в семейной жизни.

Надин промолчала.

— Но если вдруг поймёте, что совершаете ошибку и решите сбежать, зовите.

— Как звать? — не поняла Надин.

— По имени, — усмехнулся Арсэт и, слегка поклонившись, направился в сторону циркачей.

***

В небе над Тайдленном взошла луна. Круглая, как лепёшка, жёлтая, как мёд. Её сияние не мог перебить и свет множества факелов, горящих по периметру арены, на которой проходили бои.

Третий и завершающий день Лунных боёв подходил к финалу. На арене сошлись в схватке двое лучших бойцов: Олло, соплеменник Надин и её старый товарищ по оружию, и Марон из племени Закатных гончих.

Кто-то из их по итогам дня должен стать её мужем. Как ни странно, Надин было безразлично, кто именно. Она не испытывала никаких чувств, кроме дружеских, к Олло, и вообще ничего не знала о Мароне. Любой из них лучше кузена, который, к счастью, выбыл из игры ещё на прошлом этапе.

За эти дни девушка не раз вспоминала о предложении Арсэта, но отлично знала, что при всём желании свободы, не пойдёт против воли отца. Это ведь не просто непослушание, это подрыв авторитета. Потому что какой же ты вождь, если с норовистой девчонкой справиться не в состоянии?

Да и что, если подумать, предложил ей Арсэт? Побег? Ну, хорошо. От чего бежать, здесь понятно. А вот куда? Головой в омут, и будь что будет? Нет, Надин слишком разумна, чтобы творить непонятно что, не продумав последствий. Даже если речь идёт об Арсэте. Особенно, если речь об Арсэте! Она ведь попыталась тайком выяснить о нём хоть что-то. Но никто ничего толкового сказать не мог. Профессор пришёл откуда-то с юга, и большую часть времени проводил в университете, занимаясь какими-то исследованиями. Ни семьи, ни друзей, ни даже более-менее близких знакомых. На редкость загадочный человек. И, конечно, у девушки тут же возник вопрос: кто он такой, и зачем ему Надин? Осторожность подсказывала: ей совсем не нужно это знать. Сердце... Кто ж станет следовать его зову в жестоком, враждебном мире?

Бой закончился. Проигравший сегодня Олло пожал руку уставшему, но довольному жизнью победителю, и прихрамывая, направился к трибуне участников. Хоть победитель и определился, впереди ещё церемония награждения, где отметят и других, достойно проявивших себя в боях.

Рунгару поднялся с места, протянул руку дочери.

— Идём!

И она пошла. Медленно, как под гипнозом, к тому, кого вот-вот объявят Лунным волком этого года. К тому, кто должен стать её мужем и будущим вождём Свободных охотников.

Марон, отложив меч, шагнул ей навстречу. Высокий, гибкий и одновременно мускулистый, с длинными, заплетенными в тяжёлые косы черными волосами и хищным, заострённым лицом. Его торс лоснился от пота в неровном свете факелов, и девушка даже на расстоянии чувствовала запах самца. Запах, не вызывавший в ней ни малейшего отклика.

Расстояние с каждым шагом сокращалось, приближая Надин к неотвратимой судьбе, и девушка была, как никогда близка к тому, чтобы бежать.

«Как звать?»

«По имени».

Так просто, и так несбыточно... Даже если Арсэт придёт, что может сделать простой человек против победителя Лунных боёв? Безнадёжно, совершенно безнадёжно...

И ещё шаг...

Со стороны трибун раздался истошный визг, а дальше всё завертелось, как на карусели.

Над ареной метнулась смазанная тень — так, по крайней мере, показалось Надин, туша огромного зверя врезалась в не ожидавшего нападения победителя, а в следующий момент Марон упал. Из рваной раны на горле толчками выходила тёмная кровь.

Волк встал передними лапами на ещё живую жертву и, подняв морду к серебряной луге, завыл торжествующую песнь.

— Ромул! — выдохнул Рунгару со смесью ужаса и недоверия. — Ты? Как ты посмел??

Это был действительно он. Обезумевший кузен, нарушивший все законы и традиции. Зачем? Почему? Ему была нужна Надин, или всё же власть? Ни того, ни другого таким способом он, понятно, не добьется. Но что спросишь с потерявшего разум?

Впрочем, вряд ли Надин в тот момент могла думать настолько связно. Она просто смотрела широко раскрытыми глазами на Ромула, а рука скользнув в потайную порезать на платье, сжала рукоять длинного ножа, который девушка всегда носила с собой.