В общем, полёт прошел комфортно и благополучно.

Я всё это время читала, иногда поглядывая в иллюминатор, и конечно старалась унять волнение, которое нарастало по мере того как мы приближались к столице.

А ещё я скучала.

Сердце моё плавилось от тоски. Я так и представляла, как обниму его в аэропорту, не стесняясь людей поцелую и прижмусь к груди, вдохну родной аромат и признаюсь ему в этом. Хотя мы созванивались, вот только перед моим вылетом, и все эти сентиментальные слова звучали, как от меня, так и от него, я всё равно чувствовала тоску.

Москва встретила меня хмурой погодой. Ещё не дождь, но скоро затянет небо, хорошо, что успели прилететь и приземлится.

Как только прошла паспортный контроль, и пошла на выдачу багажа, набрала Назара, как мы и договаривались. Он ответил не сразу, и был опять по-деловому холоден.

— Прости, Вик, вырваться не могу, послал Олега, это мой водитель он тебя встретит и отвезёт в квартиру. Ни о чем не беспокойся, располагайся, и отдыхай, буду вечером, — быстрая инструкция, я даже «пока» не успела сказать, как Назар, отключился.

Сердце неприятно сжалось, и всколыхнулось чисто женская стервозность.

Обещал встретить, и не встретил!

Но загонять себя не стала.

Назар занятой человек, и если не смог встретить, значит, действительно очень занят, хотя осадок остался.

Я получила багаж. Свой лиловый чемодан, который привезла год назад из Турции, купила прямо в дьюти фри.

Теперь мы с ним не разлучены. Очень удобный и вместительный.

Пошла за народом по длинному коридору, у выхода которого стояла толпа встречающих.

Я растерялась, а как же я узнаю этого Олега, я ведь его ни разу не видела.

Но тут ко мне подошёл высокий седой мужчина средних лет с выправкой военного, такой статный, что ему на параде нужно в первых рядах вышагивать. На нём был строгий темный костюм. Лицо в морщинках, тоже было серьёзно. Голубые, пронзительные глаза смотрели спокойно, и даже равнодушно.

— Добрый день, Виктория Даниловна, меня зовут Олег, я водитель Назара Дмитриевича. Позволите, — выдал он всё это и протянул руку за чемоданом.

— Добрый день, — растерянно улыбнулась ему, и отдала ему ручку, за которую держала чемодан.

Это как же Назар так меня ему описал, что он сразу меня узнал, а может фото показал, хотя мы с ним ни разу не фотографировались вместе.

Почему-то меня сейчас занимали глупые мысли, может от того что я волновалась.

Олег пригласил меня следовать за ним, и я пошла, осматриваясь по сторонам. С интересом разглядывая большой аэропорт, людей, разных, и чувствуя себя очень одинокой, среди всей этой толпы, потому единственно ставший мне почти родным человек, в этом городе, сейчас отсутствовал.

Мы вышли на парковку перед аэропортом, и Олег уверенно повел меня к чёрному седану, открыл дверцу, со стороны пассажирского сидения, помог сесть, и закрыл дверцу. Потом уложил в багажник мой чемодан и сел за руль. Мы поехали.

Я придавленная немного своими грустными чувствами, рассеянно смотрела на открывающийся за окнами незнакомый пейзаж, и вяло отвечала на вопросы Олега, который уловив моё подавленное настроение, отстал, и дальше мы молчали.

Москва была огромной. Разноцветной, старинной, современной, разной. Когда планировала поездку, составляла список обязательных для посещения мест. Большой театр, Красная площадь, музей «Царицыно», и многое другое. Но сейчас что-то моя эйфория немного притупилась.

Возможно, когда я увижу Назара, поговорю с ним, всё наладится.

Через тридцать минут пути, и небольшого стояния в пробках, машина свернула к зелёному парку, в центре которого раскинулся городской комплекс. Фактурные высотки стояли посреди живописных природных пейзажей, мы даже мимо озера проехали. Потом мы подъехали к большим воротам, ограждающим дома, и когда те отъехали, спустились вниз, в подземный паркинг.

— Приехали, — отчитался Олег, и вышел первым, потом открыл мне дверцу, и, достав мой чемодан, повёл к лифту.

Прозрачная кабин взмыла вверх, и я в полной мере насладилась видом открывшегося зелёного ландшафта, а где-то вдали виднелся серый город.

Кабина всё летела и летела, пока на немыслимой высоте не застыла.

— Это какой же этаж? — вырвалось у меня.

— Пятнадцатый, — отозвался Олег, пропуская меня вперёд в открывшиеся створки лифта.

Впереди был просторный коридор, с высокими окнами. Светлые стены, каменный пол, чистота и пустота.

Всего две двери на этаже. К одной меня подводит Олег и открывает тяжёлую железную дверь, и пропускает вперёд. Я несмело ступаю в просторную прихожую, тут же загорается свет. Олег входит следом, ставит у стены мой чемодан.