* * *

«Почему я всё-таки простил её?» — в который раз подумал Кирилл, ведя к заказанному столику бывшую жену. Хотя — такую ли уж «бывшую»?

«Да, Оксана, люблю. Но не только в этом дело! Ты и сама изменилась, ты стала, если одним словом, культурной. И не то главное, что даже книги пишешь! У тебя теперь есть свой мир, в котором ты — настоящая. А той женщины, что обманула меня девять лет назад, вообще-то не было — только какие-то чужие куски и отражения. Да, создать этот мир тебе помогли маги, но ведь никакой магии для этого оказалось не нужно! И всё-таки очень любопытно познакомиться с настоящим магом, тем более учителем сына».

Они сели за столик, и Кирилл опять залюбовался женой. Несуетливая, одета с хорошим вкусом — полная противоположность той Оксане! Он потому и не захотел встречаться у кого-то дома — не стоит соблазнять женщин некрасиво суетиться. Ни Оксану, ни Кристину. А вот и она, с тем самым магом.

— Кирилл, — мужчина протянул руку.

— Артур, — представился кавалер Кристины. — Кто я такой, ты знаешь.

— Да. Воссоздатель миров?

— Знаешь, здесь я — воссоздатель только одного мира.

— Но самого важного для меня! — умиротворённо улыбнулся Кирилл.

* * *

Остановив повозку у ворот Касамы, Паланир повернулся к жене:

— Ну вот, добрались! И чего так бояться было?

— Пали, да я не дороги боялась! — всхлипнула Навепа. — Дальше-то что будет?

— Да я и сам не знаю, — потупился крестьянин. — Добрый день, спилетан[5]! — спохватился он, увидев вышедшего из ворот стражника.

— Фенет Паланир? Семья с тобой? — стражник заглянул в повозку. — Проезжайте, я с вами, покажу, где первое время жить будете.

«Значит, действительно поручение от мирета!» — забеспокоился Паланир. — «Что делать-то надо будет?»

Впрочем, беспокоиться ему пришлось недолго. Небольшой домик, на который показал стражник, оказался недалеко от ворот. А около домика стояла…

— Ханисетль Манелисса! — обрадовался крестьянин, наконец-то увидев знакомое лицо. — Добрый день!

— Добрый день! — улыбнулась Лесная Сестра. — Простите, домик для семьи маловат, но это только на несколько дней. Мирет даёт вам надел недалеко от города, но дом там ещё не поставили.

— Так разве ж я поставлю за несколько дней?

— Плотники поставят! — подмигнула Манелисса. — На деньги мирета, конечно. Этот домик, кстати, тоже он подарил. Ханисетль Даррии, ты с ней ещё познакомишься.

— Ханисетль! — взмолился Паланир. — Может быть, скажешь, зачем я так нужен мирету? Обычный же крестьянин!

— Он завтра сам тебе скажет, не надо с чужих слов. Вот в этом тюке новая одежда на вас всех, смотрите. Крестьянская, но хорошая. А здесь немного еды на вечер. Завтра утром я появлюсь, и отправимся к правителю!

* * *

— Добрый день, мирет! — низко поклонился крестьянин. — Добрый день… ханисетль Юллия, — он чуть было не сказал «ханиседисль», потому что помнил юную Лесную Сестру ещё ученицей.

— Добрый день, фенет Паланир! — слегка улыбнулся князь. — К столу-то садись! Знаю, ты всегда наособицу жил, и жена твоя не особо болтлива. Дело тебе хочу поручить! Такое, о котором раньше времени болтать не стоит, — он кивнул фее.

— Фенет, ты слышал что-нибудь про другие миры? — сразу спросила Юля.

— Слышал, — спокойно ответил Паланир. — И знаю, что Лесные Сёстры могут ходить между мирами.

— Даже так? Тем лучше, не придётся пережидать твоё удивление. Я как раз и есть фея из другого мира. То есть Лесной Сестрой-то стала на Тарлаоне, но родом не отсюда.

— А я замечал, ханисетль, что ты какая-то не наша, — усмехнулся крестьянин. — И из какого же мира?

— Тарлаонцы, то есть те тарлаонцы, которые знают об этом мире, называют его Симеланом, но не в названии дело. У нас развиты земельные искусства, и есть такие растения, которых на Тарлаоне нет, но они могли бы выручить, если не уродится триама. Например, вот такое, — Юля показала рисунок. — Это надо сеять под зиму.

— Хансат такой? — Паланир с любопытством разглядывал нарисованный колос пшеницы. — Это сколько же зёрен в таком колосе?

— Много, в том-то и дело! Урожай должен быть где-то сам-десять, а то и сам-двенадцать.

— И мирет хочет, чтобы я это вырастил? — понял крестьянин. — А сеять-то что? И где?

— Даю тебе триста фарилей[6] земли, — веско сказал князь. — С домом, плотники уже строят. И деньги — сто зиланов. Покупай что хочешь, нанимай кого хочешь, но только урожай вырасти! Сможешь? А зерно на посев, конечно, с Симелана будет.