Люди в изумлении замерли, глядя на Эммуса. Это не то, что монстрики с которыми они дрались на улице. Если сравнивать, то можно привести пример сравнения домашних котят и взрослой пантеры, Серых с улицы и Эммуса в клетке. Там котятки, здесь пантера.

Травкин застыл, приоткрыв рот. Казаки и солдаты просто впали в какое-то оцепенение. И только Колодин смог выдавить из себя:

"Твою жешь маму, тётю, дядю, всю любимую родню..."

– Вот именно!
– одобрительно поддержал Митник, выпустив клуб сизого дыма в потолок.

– Не дыыыымиии и, - проскрежетало с неприятной вибрацией из клетки.

От неожиданности все кроме Митника дружно сделали шаг назад.

– Это оно сказало?

Колодин указал штыком на своём «АК» в сторону Эммуса.

– Совершенно верно! Именно оно!
– с нескрываемой радостью подтвердил Митник.

– Именно ОНО! Бесполое существо, которое мы называем Эммус.

– Чему вы так радуетесь, док, - немного пришёл в себя майор.

– Да тому, что перед нами вожак или вождь, всех Серых Эммов на планете Земля. Всех!

– Вот почему президент сюда так рвался, - предположил Колодин.

– Возможно.

Митник пожал плечами и сделал ещё затяжку.

– Так давай завалим его и дело с концом!
– предложил молодой казак.

– Как ваше имя?
– Митник указал на парнишку трубкой.

– Михаил, - отозвался тот.

– Хорошо Миша, вот завалим, как вы выражаетесь, мы его и что нам это даст?

Миша пожал плечами.

– Вот именно ничего. Эммы от этого не исчезнут. Вырастит другой вожак и что? А возможно он уже зарождается, допустим, на другом континенте за океаном.

– Да они плавать не умеют, - оправдывался Михаил.

– И вы когда родились, не умели, а после научились. Надо будет и они научатся, если будет потребность. Давая для них различную потребность, мы тем самым даём им путь к совершенствованию, а значит, сокращаем свои зоны безопасности. Посмотрите на него, примерно такими станут и все остальные, хотите с ними потягаться в силе?

Митник сделал ещё затяжку и сел в кресло.

– Мы им нужны, только поэтому они сразу не превратили всех человек в серое равенство. Мы, люди, это их продолжение рода. Мы будем жить как люди, размножаться, как люди, а Эммы внутри будут их переделывать в таких вот созданий.

– А если мы перестанем размножаться?
– возразил Михаил.

– Тогда вымрем вместе с ними. Да и не возможно это. Вы же не объявите на весь белый свет: «Люди! Перестаньте заниматься любовью! Наша цель вымирание!» Даже если объявите, кто вас послушает?

– Тогда как быть?
– спросил Колодин.

– Надо блокировать Эммов в новорождённых. Я уже кое-что разработал.

Митник открыл дверцу в тумбе стола, которая на поверку оказалась дверцей небольшого холодильника, и достал подставку с рядом высоких стеклянных пузырьков.

– Возможно, это может спасти человечество, - заявил он.

– Ну вот, в чём проблема? Надо наделать таких пробирок тысячи и всех колоть, - обрадовался Михаил.

– Ну, ну, ну, - приостановил пылкое высказывание молодого казака профессор, - для начала - это опытные образцы. Надо пробовать. Испытывать. Проводить тесты. Когда колоть, вы можете сказать? Во время беременности? Или может в конце? Или новорождённого? Или годовалого? Или семилетнего? А как определить останется он человеком или станет в будущем Эммом? А если он рождён быть человеком, как подействует на него блокировка маленьких Эмм-организмов? Я могу вам задать ещё с сотню вопросов, на которых ни у кого не будет ответа. Надо работать. Исследовать.

А во вторых, где вы увидели производственные мощности, для приготовления тысяч доз препарата? Это не химико-биологическое производство, здесь лаборатория для проведения исследований и создания разработок. Здесь много всего, но всего понемногу. Понимаете?

Михаил кивнул головой. Профессор докурил трубку и выбил пепел в разбитую колбу.

– Они что нас контролировать будут?
– заговорил Колодин.

– Зачем?
– не понял Митник.

– Ну, как же. Например, родится ребёнок, мы будем ждать останется он человеком или превратиться в Эмма. Превратился, уничтожили, как бы это печально не звучало. Пройдёт столетие и всё.

– Не знаю, - пожал плечами профессор, - но думаю, такой вольности нам не дадут. Сгонят в какие-нибудь резервации, заставят работать, выращивать самим себе пищу, и размножаться. Детей будут держать отдельно, например. Эдакое рабство рода производителей или продолжателей, если вам угодно. Не могу представить, как они это всё устроят, но то, что устроят это точно.

– И что нам теперь?
– уныло протянул Михаил.

– Ну, - поджал губы Митник, - надо умудриться сделать несколько простых вещей. Первое выйти отсюда. Продуктов здесь хватит, на одно, двух человек примерно на год, с водой такая же ситуация. На всех нас, вместе с Эммусом на пару месяцев впроголодь и потом всё, голодная смерть.