Какой доверительный взгляд… Прежняя она снова показалась, и Сэм не мог оставаться равнодушным. Таких проникновенных моментов в его жизни было не так уж много. И все они связаны с ней.

Чёрт, да Виолетта практически повторила его слова о саде, проецируя их на себя. Это всё слишком.

— Не волнуйся об этом, — заверил Сэм, не сдержав тепла в голосе.

Виолетта явно уловила этот новый тон, и почему-то нахмурилась. Вздохнула, отступила на несколько шагов.

Всем своим видом она давала понять: то её безмолвное предложение дружбы было минутной слабостью. И больше не повторится.

— Я вернусь, — отчуждённо пообещала Виолетта так, словно это было единственным, что тревожило Сэма. — Я не собираюсь сбегать.

На всякий случай объяснив ей дорогу назад, Сэм поспешил уйти.

По пути он раздумывал. Похоже, план сработал: Виолетта сроднилась с этим местом, оно было ей нужно. А значит, обойдётся без лишних хлопот.

Прокрутив в голове их диалог в саду, Сэм нахмурился. Он поддавался эмоциям, а не разуму. К чему было так беспокоиться о призрачной надежде наладить отношения с Виолеттой?

И какой смысл переживать их отдаление? То, как она закрылась от него — сущий пустяк по сравнению с тем, что будет; когда он начнёт действовать. Сэм станет её новым врагом. Возможно, даже большим, чем Фелиппе.

Виолетта точно натерпится страху. Так что даже если сейчас Сэму удалось бы пробудить в ней что-то — это было бы ненадолго. А потерять, обретя; ещё хуже, чем не иметь. По крайней мере, для него, уже однажды упустившего её.

К чему было планировать такое пафосное торжество и до бесконечности выбирать наряд, украшения и причёску? Это сводило с ума.

К тому же, Сэм уехал. Виолетта до последнего дня его здесь нахождения не видела в нём поддержки, но теперь чувствовала: его не хватало. Как хоть кого-то, кто понимал её из окружавших неживых механизмов.

Кем бы ни был посыльный принца, его речь в саду была искренней. Это, конечно, не оправдывало его поведения и не отменяло злодеяний, в которых наверняка участвовал; но было бы проще, будь он сейчас рядом.

Впрочем, за всеми этими приготовлениями мысли о предстоящем браке даже перестали пугать. Хотелось лишь одного: скорее бы уже что-то началось и вывело её из этой суматохи. С Фелиппе Виолетта справится. Всё сделает, но не подведёт свой народ. И отомстит заодно.

В разгар этих мыслей Виолетта вдруг почувствовала, как в комнату зашёл принц. Не было нужды оборачиваться, чтобы знать — это он. Прислуга разом оставила хлопоты, почтительно удалившись.

Виолетта горько усмехнулась: эта реакция на Фелиппе стала привычной. Все так и стремились оставить их одних. Явно не обошлось без его приказа.

Он заявился без стука. Не в первый раз. В последнее время принц вообще изменился. Если раньше хотя бы было похоже, что он считался с её чувствами; то теперь весь его вид выражал нетерпение. Фелиппе даже говорил с ней по-другому. И смотрел так, будто она — его любимая, дорогая и нужная, но всё-таки вещь.

Совсем не такой взгляд, как тогда, возле библиотеки…

Это немного сбивало с толку. Перемены принца не давали сосредоточиваться на одном конкретном плане. Виолетте приходилось плыть по течению и вести себя по обстоятельствам. Это изматывало, но нельзя поддаваться страхам и слабостям. Она помнила это, и только так держалась.

Фелиппе смерил её долгим странным взглядом, в котором читалась необычная для него задумчивость. Виолетта молчала. Она оставит первую фразу за ним. Ведь иначе сложно понять, какую тактику выбрать на этот раз.

— Я всегда хотел обладать тобой, — сказал он, и она с трудом выдержала потемневший взгляд его и без того чёрных глаз. Да и слова не внушали оптимизма. — Хотел настолько, что не беспокоился ни о чём другом. Но теперь мне нужно знать.

Жёсткость его тона озадачивала. Но Виолетта сохраняла достоинство, каким-то образом умудрившись держать взгляд.

— Что вы имеете в виду?

Фелиппе сжал губы. Ощущение, что он с трудом подбирал слова. И вообще выглядел почти уязвлённым. Что бы там ни было — это и вправду его задевало.

Неожиданно принц подошёл ближе, отчего по телу Виолетты пробежали холодные мурашки. Она машинально попыталась отступить на шаг, но он не позволил.

Сглотнув ком в горле, Виолетта непонимающе посмотрела на Фелиппе. Он по-прежнему не сводил с неё чёрных нечитаемых глаз. А его рука, удержавшая её от попытки отстраниться, вдруг силой притянула невесту к жениху. Теперь их тела почти плотно соприкасались. Но даже это не было так страшно, как чёткое осознание — этим принц не ограничится.

У неё перехватило дыхание, когда обе его руки обхватили её тело, крепче прижимая. Уже знакомая паника вот-вот грозила подступить. Они ведь были наедине.