— Привет… малышка.

Она улыбнулась мне, и я поплыл. Копия Лили. Моего вообще ноль. Но от этого она не становилась менее прекрасной.

Я потянул к ней руки. А она вдруг очень чётко сказала.

— Па-па.

Сердце сделало кульбит за долю секунды, но я не успел точено осознать и прочувствовать момент. Ведь понял, что она говорит это кому-то за моей спиной.

— Что он здесь делает?

До боли знакомый голос. И до боли приходящее осознание. Это Луи. Она с Луи. И это его моя дочь только что назвала папой.

А Лили засуетилась. Но вообще не обращая на меня внимание.

— Ты слышал? Она впервые так четко сказала!

А когда Лили подбежала к нему и повисла на его плечах, я испытал наварено то, что чувствует человек, которого медленно переезжает танк. Сначала ломаются кости, но ты ещё жив, ты ещё осознаёшь, что тебе осталось немного, совсем чуток и все. Но «все» не наступило и я стоял не в силах даже дышать.

Тем временем Луи подхватил мою принцессу, она обняла его, прижалась к нему как к родному.

Куда я лезу? У них тут семья… Но как же я? И я ведь чувствовал, когда прижимал ее, как грохочет ее сердце. Как я могу ее тут оставить? Даже ему. Своему бывшему лучшему другу.

Луи отдал малышку Лили. И подошёл вплотную ко мне.

— Пойдём, поговорим.

Я не стал сопротивляться. Мы вышли из квартиры, спустились на лифте вниз. Луи отошёл чуть дальше от окон. На городок опускались сумерки.

— Что тебе здесь нужно, Олег?

Мы стояли напротив друг друга. И я чувствовал, что без драки не обойдётся. Что ж говорить. Я заслужил.

— Ты ведь знаешь.

Спокойно ответил я. И в следующую секунду принял удар под дых. Едва устоял чтобы не сложиться пополам. Я не сопротивлялся, когда прилетело ещё и ещё. Видимо, мой сегодняшний соперник не ожидал, что я не буду двигаться, замер тяжело дыша.

— Бей, Луи. Я бы сам себе врезал, если б смог. Бей. Только отойди в сторону. Я приехал вернуть ее. Вернуть и забрать.

Разбитой губой было ощутимо больно двигать, и я чувствовал как кровь стекает по подбородку.

— Какого черта?! Ты говоришь о моей жене!

Луи трясло, как в лихорадке.

— Она любила меня всю жизнь. И она простит и полюбит снова. Она изначально моя. И ребёнок мой.

Он взревел и накинулся на меня так, что повалил на землю. Я блокировал удары по возможности, но в какой-то момент все прекратилось. Луи встал, а я остался лежать на земле. Ну и пусть, главное, чтобы он все понял.

— Я отступлю, если она сама выберет тебя.

Я сел, сплюнул кровь в сторону.

— Зачем ты обманываешь сам себя? Тебе и так известно, кого она выберет.

Он ушёл. Я поднялся, отряхнулся и побрел в гостиницу.

Разукрасил он меня будь здоров. Смыл с себя грязь и кровь. Завтра вторник, Луи уйдёт на работу, а я снова пойду. Пойду к ней. И буду пробовать, снова и снова.

Я не готов ее оставить, отдать. Такая любовь как была у неё, она же не может пройти бесследно. И дочь, как напоминание обо мне… Точнее моем гнусном предательстве… Как заслужить прощение? Я понимал, что подарки и все материальное — это сейчас все мимо. А единственный способ сближения — через ребёнка. У неё совести не хватит отказать мне в общении с дочкой. Тем более я буду умолять с искренними чувствами. Девочка у нас волшебная. Она маленькая, привыкнет ко мне, полюбит тоже. Как сейчас любит Луи.

Луи — единственный друг. Но это тогда, два года назад, я мог уступить ему Лили, если бы он подсуетиться раньше. Но не сейчас, когда мне самому нужна она как воздух.

Утром я купил пупса дочке и стоял под их дверью в десять утра. Но дверь мне не открыли. Я спустился вниз к подъезду, сел на скамейку. Спустя минут десять я увидел их. Лили шла с коляской. Чего они гуляют в такую рань?

— Привет.

Лили выглядела очень сонной, будто не спала всю ночь. В подтверждение моих мыслей, она смачно зевнула. Даже такая чуть растрёпанная и усталая она вызывала нежность во мне.

— Олег? Ты не уехал?

Удивилась она, увидев меня.

— Нет. Я никуда не собираюсь.

Твёрдо сообщил я. Параллельно заглядывая в коляску. Уля спала.

— А как же Москва?

Я погладил нежную розовую щёчку малышки. Перевёл взгляд на Лили.

— Зачем она мне без вас?

Голос мой вышел болезненным, но я не играл. А Лили остолбенела. И даже малышка открыла глаза.

— О господи. Даже часа не поспала.

От чего то расстроилась Лили. Я наоборот рад был, хоть пообщаться с ребёнком можно. Протянул ей пупса, она радостно заулюлюкала. Я улыбнулся в ответ.