— Наездники!

Глянцево-чёрные кабеля незаметно отсоединились от энерговода и беззвучно атаковали. Клоны продемонстрировали завидную реакцию, рассекая атакующих энергоклинками. Сверкающие красной кромкой короткие ножи легко резали извивающиеся кибернетические щупальца, но их становилось всё больше. Первыми пали сразу двое спасателей, когда наездники облепили их скафандры и вскрыли, словно консервы. Взрывная декомпрессия, облака мгновенно застывшей крови.

Милица включилась в бой сразу. Её этому учили. Она без раздумий выхватила пистолет из кобуры на бедре и открыла огонь. Процессоры оружия и скафандра считали траектории маломощных импульсных выстрелов, забрало расцветало линиями, соединяя ствол с изгибающимися телами наездников. Так получилось, что они отсекли их от остальной группы. Теперь она осталась с пятью дронами и Каином, и их прижали к ловушке с автоматическим орудием и готовой к старту ракете.

— Отходим, отходим! — Бон прикрывал группу огнём лазерного карабина с другой стороны коридора. — Эти твари лезут из вентиляции!

— Так не должно быть! — крикнула Лова. — Наездники не атакуют людей!

— Расскажи это им! — Морис взмахнул клинком, спасая Джефферсон от участи коллег. — Странники!

— Мы спрячемся! — внезапно ответил Каин.

Дрон, ломавший пусковой контейнер, прекратил сваривать сегменты люка сразу же, как начался бой. Странник понял, что решение таким образом заблокировать пуск ракеты было изначально ошибочным. Следовало, наоборот, вскрыть этот люк и порезать его на части, которыми можно было попытаться прикрыть дрон сенсоров орудия. Но сейчас он мог сделать только одно:

«Элемент питания» — «Перегрузка».

Дрон вспыхнул миниатюрным солнцем, ослепляя противника, а два его товарища уже влетели в отсек, чтобы изуродовать турель. Бой начался всего тридцать секунд назад, а для ускоренного нейросетью мозга Каина вечность всё никак не могла закончиться. «Багет» попытался огрызнуться пулемётом, но лишь изрешетил переборку, когда дроны поднырнули под ствол, одновременно обрезая приводы и сенсоры своими горелками.

Два других дрона подхватили Милицу и Каина и выпихнули их из ловушки коридора.

— Вышли! — крикнула Милица.

И коридор тут же затопило неярким голубым сиянием электромагнитного импульса. ЭМИ-винтовка генерировала волну за волной, выжигая куцые мозги наездников.

Каин висел над пусковым контейнером и ждал, когда перезагрузится скафандр. И его, и Милицу едва задело импульсом, но Твет не пожалел заряда. Из четырёх их дронов ожил лишь один, остальные превратились в бесполезный мусор.

— К такому меня не готовили, — наконец сказал юноша.

— Меня готовили, но я была в нормальной броне и с нормальным оружием, — ответила Милица.

— Да, в следующий раз мы возьмём наше собственное оборудование.

— Странники? Слышите меня? — в их шлемах раздался голос Ловы.

— Слышим, — отозвался Каин. — Сейчас займусь ракетой…

Полузаваренная крышка контейнера дернулась в попытке открыться. Два лепестка раскрылись, остальные вибрировали под напором механизмов, но не двигались.

— Попытка пуска ракеты! — крикнул Каин. Лова немедленно продублировала это сообщение на «Харон». — Швы держ…

А дальше произошло неожиданное. Головная часть контейнера осветилась вспышками микровзрывов, сорвавших её с креплений. Массивная деталь улетела вперёд и вверх, вальяжно вращаясь и стремясь в открытый космос за турелью. Следом медленно выплывала чёрная сигара ракеты. Казалось, что её матовое покрытие поглощает свет.

— Старт, старт, старт! — Лова среагировала мгновенно и сделала единственное, что могла: предупредила «Харон».

Ручное оружие её отряда не могло навредить ракете, которая за несколько секунд достигла пробоины в корпусе и почти вырвалась на оперативный простор. Каин бросил ей вслед уцелевшего дрона. Маленькая машина использовала один из немногих своих уникальных расходников — плазменный диффузор. Сварочный прибор почти мгновенно впаялся в корпус, надёжно сцепляя дрона с ракетой.

— Капитан! Старт ракеты с объекта!

Арктурус почесал щёку. Одиночная ракета не могла навредить оборонительному ордеру трёх кораблей, но расслабляться не стоило.

— Когда войдёт в зону устойчивого поражения — сбейте!

— Не можем зафиксировать на сенсорах!

Капитан вздрогнул.

— Разверните дополнительные сенсоры! Увеличить напряжение на щитах!

«Харон» не был боевым кораблём, его защита состояла из устаревших непроницаемых энергетических экранов. Они отлично держали удары, но вести огонь из-под них не представлялось возможным. Поэтому ПРО обеспечивали корветы.

— Расправить гравитационный парус, сектор тридцать градусов, прямо по курсу! Мощность — ноль один от номинала!

Арктурус отдавал приказы, экипаж на мостике исполнял их, а корабль отзывался на мысли и эмоции капитана. Мог ли Вил управлять «Хароном» один? Нет, не мог. Автоматизация космических кораблей до подобного уровня запрещалась под страхом смертной казни. Линкоры с полноценными личностями и заполненными артиллерийскими казематами — ужас любого пустотника и планетника. Технологические карантины на месте прошедших крупных сражений вводили не просто так.