Когда они добрались до маленького скального пяточка рядом с шумящим водопадом, Линнар тяжело дышал, а его рубашка под кожаным камзолом липла к потной спине.

Бардис с ухмылочкой посмотрела на него.

— Нет лучше средства от тоски, чем полазить по скалам. Рад, что я вытащила тебя из комнаты?

— О…очень, — прошептал Линнар.

— Но самое интересное еще впереди! — бодро посулила Бардис и вошла под свод пещеры. — Не отставай.

«Да она надо мной издевается!», — взвыл Линнар, но направился следом за женой.

Дальше идти оказалось полегче. Узкая полоска скалы тянулась вдоль пещерной реки, несшей свои воды навстречу морю. Сырой, пахнущий водорослями полумрак окутал Линнара и Бардис. Темнота сгущалась, и принц начал волноваться: он уже не видел, куда ставит ногу.

— А нам не стоило захватить факелы? — неуверенно спросил Линнар.

— Нет, не нужно. — Голос Бардис звучал уверено. — Мы уже почти пришли.

Действительно, впереди появилась маленькая светящаяся точка. Она все увеличивалась и увеличивалась. И вот Линнар следом за женой вышел в огромную пещеру. После сумерек коридора его на мгновение ослепил яркий свет.

Когда Линнар немного привык и смог осмотреться, у него захватило дух. Пещера напоминала парадный зал дворца, но вместо начищенного до блеска мраморного пола было озеро. Выраставшие из воды сталагмиты тянулись вверх, а с потолка им навстречу стремились сталактиты. Словно руки влюбленных. Свет в пещеру лился из нескольких отверстий в потолке, сияющие колонны опускались на озеро, заставляя воду блестеть серебром. Из отверстий в стенах извергались потоки воды. Широкие водопады, тоненькие струйки — арки и мосты из хрусталя. Свет преломлялся в воде, сотни радуг изгибали спины над озером. Брызги жемчужной фатой висели в воздухе, переливались зеленым, розовым и золотым. Настоящий водяной дворец. Нерукотворное чудо.

— Восхитительно, — смог выдавить пораженный Линнар.

— Мы называем эту пещеру Чертогами Иса, — с улыбкой пояснила Бардис. — Я подумала, тебе понравится.

Каменный карниз, по которому они попали в пещеру, расширялся, образуя что-то вроде мыса. Там Линнар с Бардис смогли встать рядом. Принц озирался, не уставая удивляться красоте Чертогов Иса. Теперь он знал, дартагцы тоже могли ценить прекрасное.

— Сюда вытекает несколько подземных рек. Когда-то давно кто-то нашел эту пещеру и выступы в скале превратили в лестницу, чтобы удобнее было попасть, — рассказывала Бардис. — Мы думаем, что такое чудо не могло возникнуть просто так. Наверняка, Ис приложил к нему руку. Вода может нести смерть, но она же дарит нам красоту.

— Да, я понимаю. — Линнар присел на корточки, набрал в сложенные лодочкой ладони немного воды и медленно-медленно вылил, наблюдая, как прозрачная жидкость утекает сквозь пальцы.

— Вода податливая и гибка, но что может быть страшнее шторма? — прошептал он.

Они немного помолчали.

— Я хочу извиниться, — тихо проговорил Линнар. — Я самонадеянно ринулся перекраивать ваши веками устоявшиеся законы и так глупо попался в лапы бандитов.

— Я тоже хороша, — резко бросила Бардис. — Мне следовало предупредить тебя о подавляющих магию оковах. Глупо было с моей стороны устраивать тебе такие встряски. Глупо и недостойно.

Линнар ошарашено уставился на жену. Бардис признала свою ошибку? Бардис? Да быстрее небо упадет на землю. Линнар едва удержался от того, чтобы не потрогать ее лоб и не спросить, хорошо ли она себя чувствует.

— Нет-нет, во всем виновато мое упрямство, — пробормотал он, вымучено улыбнулся. — Из-за меня у тебя одни проблемы.

Бардис коротко хохотнула.

— Да уж, никак не ожидала, что изнеженный хоралитский принц принесет столько головной боли. Тебе когда-нибудь говорили, что ты настоящая заноза? Ты упрямый, как… как… как я!

Они рассмеялись в унисон, и веселое эхо переливами разлетелось по пещере. Но когда смолкли последние отголоски, Бардис взглянула на Линнара неожиданно серьезно.

— Ты оказался совсем не таким, как я ожидала. Ты не жаловался, не рвался домой к папочке. Я думала, ты попытаешься вести у нас привычную тебе жизнь, окружишь себя роскошью и негой, начнешь требовать развлечений. Или будешь изображать великого страдальца. Но ты попытался что-то делать, что-то менять, ты не сидел на месте. Ты не побоялся высказывать свое мнение и настаивать. Хотя ты наделал глупостей, однако сама попытка деятельности заслуживает уважения. Я тебя недооценила, совершила банальную ошибку молодого, только что поставленного во главе дружины хортуга: судила по внешнему виду.

«Сегодня определенно день неожиданностей».

Линнар не знал, что и сказать. Привычный к манере хоралитских дворян плести словесные кружева, уходить от темы и прятать правду, он растерялся от таких прямых слов Бардис. Она говорила спокойно и уверенно, с достоинством признавая, что была не права. Линнара охватил такой восторг, что он едва не пустился в пляс на месте. Все это время он не осознавал, как на самом деле хочет добиться ее одобрения. Он вдруг понял, что еще никто, даже любимый учитель Нотефель не говорил о нем так.