Я испугалась. Почувствовала себя виноватой. Не смогу жить с ним, если он будет продолжать вот так…

— Ладно, — сказал он, когда немного успокоился. — Давай попробуем открыть кейс и забудем все, как страшный сон. Ты взяла блокнот с кодом?

— Да, — достала из кармана блокнот и подошла к нему ближе.

— Значит так. Сколько написано в блокноте комбинаций?

— Пять.

— А попыток открыть кейс у нас всего две. Было три. Одну я уже использовал. Если не получится, то кейс заблокируется и его тогда ни одна собака не откроет. Хоть взрывай! Задача ясна? — Марат внимательно посмотрел на меня.

— Ясна.

— А если не угадаем? — все же я волновалась. Попыток у нас не так уж и много. — Может, есть смысл найти все остальные?

— Может и есть, — Марат смотрит на серебристый контейнер, который изготовлен из очень прочного материала.

— Если бы мы нашли остальные четыре, то с легкостью подобрали бы код к этому пятому.

— Не могу понять, почему ты утверждаешь, что их пять? Если всего в блокноте указано, пять комбинаций, это не значит, что и кейсов пять. Может он просто таким способом шифровал свои данные.

— Мне кажется, что нужно попытаться поискать, — эта мысль занозой засела у меня в голове и никак не давала покоя. Я пыталась донести ее до Марата.

— Ладно, — согласился со мной он и спрятал кейс обратно.

— Кажется, знаю, где они спрятаны, — радостно вскрикнула я и еще раз взглянула на одну из страниц блокнота. Затем подошла ближе к Марату и снова на эмоциях произнесла:

— Смотри! Это адреса. И по этим адресам могут храниться нужные нам чемоданчики. Давай съездим туда?

— Ты снова утверждаешь. Это всего лишь предположение. Волков мог спокойно догадаться, что мы рассекретили его записи и перепрятать их в другое место, — грубо сказал Марат, а затем развернулся и направился к выходу. Я последовала за ним.

Догнала уже на лестнице, затем дотронулась до его руки и мягко произнесла:

— Я просто хочу скорее разобраться со всем этим. Он тут же крепко обхватил мою хрупкую кисть и твердо произнес:

— Я тоже хочу. Пойдем лучше, нужно закончить все приготовления к завтрашней церемонии.

И снова туманное осеннее утро. Рядом Марат. Мило спит, подложив ладони под голову. По моему телу пробегает легкая дрожь. Все же я волнуюсь, как настоящая невеста перед свадьбой. Как же хорошо, что он у меня есть. Как же хорошо… Пытаюсь бесшумно подняться с кровати, но ничего не получается. Марат резко открывает глаза. Смотрит на меня, а под его тяжелым взглядом, мое тело каменеет. Не могу пошевелиться. Настолько проникновенно смотрит он на меня.

— Доброе утро красавица!

— Привет. Как спалось?

— Мне снилась ты…, - он не договаривает. Я рывком тянусь к нему, крепко обхватываю руками его шею и целую, целую, как в последний раз.

— Что с тобой? — он смотрит на меня, слегка приподняв свои грозные брови.

— Не знаю. Предчувствие у меня…, какое-то не хорошее.

Он снова улыбается, показывая свои белоснежные зубы.

— Глупости. Это просто нервы. Тебе же не каждый день приходится выходить замуж? Тем более венчаться в церкви?

— Да, — смущенно опускаю глаза и еще крепче прижимаюсь к его сильной груди.

— Все будет хорошо, детка! Теперь у нас все будет хорошо.

Небольшая церковь с блестящими золотыми куполами, я крепко обхватила руку Бориса Петровича. Аккуратно приподнимаю подол платья, чтобы не испачкать, иду по деревянной лестнице и с нетерпением жду встречи с Маратом. Он уже ожидает меня там, возле алтаря. Накидываю на голову ажурный, легкий платок и уверенно иду к нему. К своей судьбе.

Церемония у нас скромная. Только я и он. Еще Борис Петрович и Матушка Мария согласились нам помочь.

Подхожу ближе к нему и не могу сдержать улыбки. Крепко в руках сжимаю свечу и никак не могу отвести глаз от Марата. Все происходит, как в каком-то приятном сне.

Вот наши кольца. Он берет и надевает мне на палец, затем моя очередь. Но неожиданно обручальное кольцо выскальзывает из моих рук и падает. Не знаю, что и делать. Стою, как истукан. За моей спиной послышался тяжелый вздох матушки.

— Ой, плохо… Ой плохо это…, - раздается ее тихий голос.

Борис Петрович не растерялся, поднял кольцо и протянул мне. До сих пор мои пальцы дрожали. По всей видимости, я сильно нервничала. Особенно после ее слов.