Владик заказал вина, закуску и горячие блюда. Я тщательно старалась не смотреть в сторону Воропаева, но ощущала кожей, он разглядывает меня. Точнее, нас.

– Милая, – Хороший парень в очередной раз провел по моей руке пальцами, – Ты же задержишься ещё? Время летит, безумно хочется его остановить.

– Малыш, сам знаешь, дела. Нужно будет уезжать. Но я вернусь.

– Как же меня убивает ожидаемая разлука.

Я поправила волосы, откинув их назад, хотя, на самом деле, цель данного маневра – оценить расклад в игре. Быстрым взглядом скользнула по Воропаеву. Сидит, наблюдает. Кривая улыбка и внимательное выражение лица, будто слушает блондинку, которая впаривает там ему какую-то чушь. Но на самом деле, зная Дена, не сомневаюсь, ловит каждое слово, которое звучит за нашим столом.

В ресторане присутствовала живая музыка, однако сейчас, видимо, наступила пауза, поэтому слышимость была весьма приличная. На протяжении часа мы с Владиком увлеченно разыгрывали спектакль о большой и чистой любви. Причем, хочу заметить, выходило это весьма успешно. Хороший парень радовал меня тем, что в его поступках не было нарочитости. Он вел себя так, будто я и вправду его женщина. Не зря, выходит, спасла ему шкуру. Пригодился мне мучачо.

Воропаев же становился все веселее. Периодически приобнимал блондинку, и шептал ей что-то в ушко. Даже стул подвинул ближе. Честно говоря, при том, что я знала, девица, можно сказать, подсадная, изрядно хотелось это ушко оторвать. Ко всему прочему, она явно млела от его внимания и, по-моему, начинала забывать, зачем ее вообще сюда отправили.

Музыканты, наконец, отдохнули и вышли в зал. Сначала музыка была тихой, приятной, подходящей для спокойного вечера. Однако, постепенно, мелодии становились все более весёлыми и зажигательными. Девочка-скрипачка вдруг заиграла мотив танго. Давно, в прошлой жизни, когда мозг в моей голове отсутствовал напрочь, я сильно мечтала о том, как разбогатею и поеду в Латинскую Америку. Видимо, сказались сериалы, которых в то время крутили по телеку в немеренном количестве. И вот сейчас, в этот момент музыка накрыла меня волной воспоминаний. Стало как-то горько. Я богата. У меня чудесный ребенок. Хотела бы сказать, любимый мужчина рядом, но, к сожалению, тут осечка. Мужчина есть, однако, похоже, не только мой. И что? Опять бесконечная гонка на выживание. Или – я, или – меня.

Будет ли в моей жизни покой? Тихое, уравновешенное счастье?

– Потанцуем?

Голос Воропаева прозвучал внезапно. Я ждала действий от него чуть позже, когда накал дойдет до высшего пика.

– Девушка не танцует.

Ден на Владика даже не глянул. Вместо этого протянул мне руку, приглашая пойти с ним.

– Слышишь меня? Нет? Девушка, говорю, не танцует.

– Девушка танцует отлично. А ты осел, если этого не знаешь.

Владик начал приподниматься из-за стола. Видимо, роль рыцаря прекрасной дамы пришлась ему по душе и он решил биться за мою честь. Ну, нет. Такой быстрой смерти я ему не желаю. Не для того штопала собственными ручками. Поэтому отрицательно качнула головой, говоря тем самым, не надо, не мешай, а вслух озвучила.

– Не волнуйся, малыш, это мой старый знакомый. Не заметила его как-то сначала. Все будет хорошо. Приму его приглашение, если ты, конечно, не против.

– Ну… Если хочешь, то, конечно, да. Все для тебя, моя девочка.

Воропаев усмехнулся при последних словах, но смотрел по-прежнему, на меня. Я поднялась, а затем невзначай повернулась полубоком, вроде бы как для того, чтоб отодвинуть стул, хотя на самом деле, демонстрировала Дену интересную модель своего наряда.

– Сука... – единственное слово, которое в полной мере выражало его отношение к происходящему. Произнесено оно было сквозь сцепленные зубы, с тихой ненавистью в голосе.

– Ты что-то сказал?

– Говорю, выглядишь шикарно.

– Мммм... Показалось, значит.

Ден взял меня за руку и, едва мы отошли от стола, оказавшись на танцполе, крутанул так резко, что платье разлетелось в стороны, обнажая ноги полностью, а затем снова опало вниз.

Он сказал Владику правду. Танцевала я на самом деле исключительно хорошо. По необходимости. В разгар нашей прошлой работы, случился заказ, когда нужно было убрать человека, к которому я, хоть убей, не могла подобраться. Примерный семьянин. Политический деятель. Лицо партии. И вся подобная лабуда. Херь, конечно. Просто гаденыш был слишком осторожен. Инстинкт самосохранения оказался развит у него феноменально. Ничего не срабатывало, ни один план. А потом Ден узнал интересный момент. У каждого человека есть слабость. Всегда. Нужно просто очень хорошо посмотреть, где находится лазейка. Так вот наш клиент, как выяснилось, тайком от жены, ходил вовсе не по девкам, а в школу танцев. Оказалось, это его тайное, секретное хобби, которое он не афишировал. Воропаев быстренько отправил меня в место, где объект проводил по два часа три раза в неделю, независимо ни от чего. Мне, конечно, все равно пришлось напрячься. Этот любитель искусства брал частные уроки. Чтоб получить возможность пересечься с ним и познакомится, я три месяца тупо ходила танцевать с группой домохозяек, чьи мужья зарабатывали бабки для того, чтоб их жены прыгали вокруг смазливого учителя, который преподавал нам аргентинское танго. Когда я спросила Дена, зачем именно это направление, он засмеялся и ответил: "Детка, для балета ты слишком темна душой. На твоём фоне даже Черный лебедь это положительный образ. А все остальное примитивно. Танец страсти и секса – твоя тема". Потом как-то втянулась, мне даже понравилось. А Дена возбуждало то, что я танцую. Хотя... В то время его вообще все возбуждало, касающееся меня.

Но никогда не замечала ничего подобного за самим Воропаевым. Мне даже интересно, как это будет.

– Детка, что за бредовая игра? Я был в твоём номере, когда этот клоун валялся без задних ног. Между вами ничего нет.

Ден прижал меня к себе и двинулся в такт музыке. Это было странное ощущение. Я чувствовала его тело своим. При этом он вел так уверенно, словно всю жизнь прожил в Аргентине, зажигая со знойным красотками на улицах Буэнос-Айреса. Вот это сюрприз, однако... Я даже не предполагала, что он так может.

– Видишь ли, малыш, не хочу тебя ни в чем убеждать. Считаешь,что я играю, на здоровье.

Знала наверняка, доказывать ему ничего не надо. Только тогда он поверит. Начну с пеной у рта твердить, будто Владик мой любовник, точно заметит ложь.

– "Малыш" сидит сейчас за столиком с грустным видом. Ты так своих поклонников-идиотов называй. Меня не надо. Не беси лучше. Сама знаешь, дело это неблагодарное и опасное.

Воропаев снова развернул мое послушное, как пластилин тело, теперь спиной к себе. Его рука скользнула сначала по плечу, потом опустилась на талию, и задержавшись на бедре, сжала его так, что, предполагаю, останутся синяки.