К концу вечера ей это, кажется, удалось. Во всяком случае, наш светлоглазый герой так нагрузился вкусной едой и питьем, что завалился спать в стойле у Торовых козлов. Как и почему именно там он оказался, Тьялви не сказал бы и под пыткой – не помнил. Он проспал бы там до обеда, если бы у Скрежещего Зубами – здоровенного белого козла, размером с лошадь, не проснулся зверский аппетит, и он не начал грызть шапку на голове Тьялви. Воин открыл глаза от аппетитного причмокивания у себя над ухом. Первое, что он увидел, был большой глаз янтарного цвета, совершенно бессмысленно смотрящий ему в лицо. Потом как в тумане появилась козлиная борода и, наконец, Тьялви сообразил, где находится, и понял, что еще немного – и Скрежещий Зубами покончит с шапкой и примется за его ухо.

– У, животина проклятая! – погрозил он кулаком недовольному животному и поспешил выскочить из хлева, пока козел дожевывал его шапку.

В это время Тор уже обыскался своего слугу, махнул рукой на это бесполезное занятие и решил идти к Локи. Слава богу, старый Лис еще не уехал из Асгарда, а болтался по замку, собирая последние сплетни и слухи.

Он легко нашел Отца лжи в спальне одной из придворных Фригг. Как ни странно, но Локи еще не успел забраться в ее постель, а сидел, попивал крепкое пиво и мило беседовал с дамой, которая, даже сидя, казалась выше его на голову.

Тор вошел в комнату без стука, собеседники его не заметили и он тихонько наблюдал из-за угла за этой очаровательной парочкой сплетников, пока не понял, что из этого разговора нельзя извлечь ничего полезного. Тогда Тор незаметно вышел из комнаты и вошел обратно, стараясь производить как можно больше шума. В этот раз Локи его заметил.

– Привет, Тор. Я уж думал, ты пошел в поход за своим молотом, а ты все еще в Асгарде ошиваешься.

– Я пошел бы, да вот только не знаю куда, – уныло ответил Тор, не сомневаясь, что такой тон произведет на Локи должное впечатление.

– Тогда ты должен подождать Одина, может, ему пророчица нашепчет чего-нибудь про твой молоток, – сочувственно посоветовал Локи.

– Не годится, это слишком долго.

– Значит, попробуй поговорить с Хеймдаллем. Он бывает в самых дальних мирах, может, и подскажет чего полезного.

– Да, я с ним давно не разговаривал, – признался Тор.

– Иди, только не говори, что я посоветовал. Ты же знаешь, я не очень-то в чести у Стража Богов. Да, Тор, если тебе понадобится помощь в походе – обращайся. Ты же знаешь, я всегда готов помочь сыну Одина.

Тор весело подмигнул Локи, показывая на блондинку-придворную, стоящую к ним спиной, и поспешил на поиски Хеймдалля.

Стража Богов найти было гораздо труднее, чем Локи. Еще на рассвете он уехал из Асгарда, и никто не знал, и каком направлении.

Единственное место, где Хеймдалля можно найти – Перекресток миров. Не близкий свет, но за один день можно смотаться туда и обратно, если, конечно, объявился Тьялви – кроме него никто не управится с козлиной колесницей.

К счастью, Тор быстро нашел своего слугу, уже пришедшего в себя после вчерашней грандиозной попойки.

– Поднимайся, лодырь! – прорычал Тор, – Хватит валяться на соломе, иди запрягай козлов и собирайся. Едем на Перекресток миров.

Тъялви подскочил и, не задавая лишних вопросов, пошел готовить козлиную колесницу. Хоть с виду Скрипящий Зубами и Скрежещий Зубами – два огромных козлищи, черный и белый, – не казались проворными животными, в скорости они почти не уступали восьминогому коню Одина, но отличались очень упрямым характером и редкой прожорливостью. Тьялви стоило огромного труда ухаживать за этими животными и успевать выполнять другие поручения Тора, но на то он и был его оруженосец, чтобы делать все вовремя и правильно.

Через полчаса Тьялви уже стучал в покои Тора:

– Колесница запряжена, господин.

– Хорошо, быстро справился, – сказал Тор.

– Как приказали, господин.

– Ладно, сейчас едем.

Тор вернулся к себе и одел пояс Силы, скрыв его под длинной шерстяной рубахой.

Вскоре золотая колесница, расписанная красным, неслась по заснеженной равнине к Распутью Миров. Тор сам правил козлами, нетерпеливо подгоняя их длинной тонкой плеткой. Тьялви сидел рядом, чувствуя себя не очень уверенно. Повозку сильно трясло на ухабах, и желудок оруженосца снова взбунтовался после вчерашнего застолья. Ехали молча, вой ветра все равно заглушил бы любые слова.

Вдалеке показался дом Стража, но самого Хеймдалля нигде не было видно. Когда колесница подъехала ближе, Тор увидел, что дверь в дом открыта, и Хеймдалль недалеко от дома беседует с одним из воронов Одина, только непонятно, с каким из них – с Хугином или с Мунином. Тор подъехал к самому дому, но выходить из колесницы не стал, пока Хеймдалль сам не заметил его и не помахал рукой.

– Жди здесь, – приказал Тор оруженосцу, а сам вышел и направился к Стражу.

Теперь с небольшого расстояния он узнал Мунина, значит, и Один где-то здесь недалеко или недавно был здесь, но уже уехал. Птица что-то каркнула на прощание Стражу и унеслась на север.