Один стоял в нерешительности на краю пропасти, когда почувствовал у себя в руке теплое биение Гунгнира. Копье светилось красным светом и пульсировало, словно у него было собственное сердце. Оцепенение прошло, ас вспомнил, кто он и зачем здесь находится. Хоть копье и не могло пробить защитный круг волшебника в маске, но оно могло направить смерч против его создателя. Гунгнир раскалился так, что его трудно было держать в руках, и Один направил копье в волшебника. Вырвался луч голубого пламени и пробил оболочку смерча, не причинив никакого вреда волшебнику, защищенному магическим кругом.

«Надо разрушить круг!» – подумал Один и направил луч в ближайший черный камень. Он чуть-чуть сдвинулся с места, но огоньки по краям круга засверкали ярче, и больше камень не двигался. Один попробовал еще раз, собрав все свои силы и сосредоточившись на маленьком черном камешке, от которого теперь зависела жизнь волшебника и аса. Луч ударил опять, и в этот раз круг не выдержал, камень подпрыгнул вверх и рассыпался в пыль, выпустив небольшое облачко вонючего дыма. Круг был нарушен, и Один тут же метнул копье в Красную маску. Гунгнир пробил насквозь грудь волшебника, оттуда хлынула темно-красная густая кровь. До Одина доносились звуки, не имеющие ничего общего с человеческим голосом. Волшебник в маске катался по земле, рычал и выл, он пытался выдернуть древко копья из груди, но не мог, Гунгнир прочно застрял, и кожа вокруг копья начала обугливаться. Потом загорелась одежда мага, а потом он сам вдруг вспыхнул ярким живым факелом. Издав скрежещущий звук, он повалился на камни защитного круга, и те тоже загорелись голубоватым пламенем. Через несколько минут все было закончено. От обладателя красной маски не осталось даже костей, лишь горстка пепла, а маленькие человеческие головки из оникса превратились в оплывшие черные кусочки камня.

– Что за чудовище ты убил, ас? – спросил Силги.

– Не знаю, но это был не человек, не ас и не великан. Наверное, какое-то существо из Хеля. – ответил Один.

– А почему он сгорел?

– Спроси у него.

– Он сейчас уже ничего не сможет ответить. Один подошел к кучке пепла и взял из нее

Гунгнир. Пламя не причинило никакого вреда волшебному копью, оно было совершенно холодным. Биение пульса внутри Гунгнира прекратилось, и только на серебряном наконечнике осталось несколько пятнышек копоти. Один любовно погладил копье:

– В который раз ты спасаешь мне жизнь?! Гунгнир остался безучастным к вопросу Одина.

Если у копья и была собственная душа, то оно старательно это скрывало.

Подлетел Хугин и уселся на верхушке копья.

– Здорово ты с ним справился, хозяин!

– Да, но он чуть не сбросил меня в пропасть, – ответил Один.

– Он очень странно пел, наверное, это был один из тех демонов, живущих в черных камнях.

– Может быть, – ответил Один. – Силги, можешь передать вашему Наместнику, что теперь он свободен от своих обещаний этому демону.

– Хорошо, передам. Только не уверен, что его это сильно обрадует.

Думаешь он был с ним заодно?

Не знаю, но, кажется, у них были какие-то общие дела.

Тогда приведи его сюда и покажи, что осталось от его друга, и передай, что если он тоже соскучился по Хелю, то я могу и его туда отправить. И еще нужно, чтобы ты и твои друзья навели здесь порядок. Все черные камни надо собрать в одну кучу и уничтожить. Если останется хоть один, так и знай, рано или поздно появится еще какое-нибудь чудовище в маске.

– До этих камней даже дотрагиваться страшно, – сказал Силги.

– Волшебник мертв, и пока они не опасны, во всяком случае, днем, при свете солнца.

– Хорошо, мы сделаем это, – ответил Силги.

– А теперь ты должен проводить нас самой короткой дорогой в Долину.

– Отсюда есть только одна дорога – та, по которой мы пришли.

– Нет, это слишком долго, – сказал ас. – Я спешу, и у меня недоброе предчувствие.

– Какое? – спросил Хугин.

– Кажется, Ясень зовет меня.

– Зачем? – спросил ворон.

– Спроси лучше у Иггдрасиля, – ответил Один.

– Тогда тебе надо создать радугу, – сказал Силги. – И ехать так же, как ты ехал, пока волшебник не устроил бурю.

Один согласно кивнул и прошептал заклинание. Под копытами у Слейпнира опять появилась радуга.

– Нам пора прощаться, Силги, – сказал Один.

– Да, я надеюсь, что еще увижу тебя, ас.

– Может быть.

Один вскочил в седло и поскакал по радужной дороге. Хугин полетел вперед, но потом быстро вернулся.

– Внизу ничего не видно. Вся гора покрыта туманом.

– Как обычно – магия цвергов, – ответил Один.

– А все-таки не все они такие противные, как Наместник, – сказал Хугин.

– Да, Силги, кажется, исключение, но когда я выпил его напиток в пещере – подумал, что он меня отравил.

– Цверг – он и есть цверг! – глубокомысленно изрек Хугин.

– Лучше помолчи, философ, – ухмыльнулся Один.

Ворон замолк и начал смотреть на землю. Слейпнир уже почти миновал Медвежью гору. Впереди была долина Ясеня, но ни Источника, ни Иггдрасиля не было видно.