— Ты слаб, нод! Тебе не победить. Прими свою судьбу!

М-да…похоже, все. Он победил. Но что это?

Топор! Топор, который я выронил, когда противник меня ранил. Я не стал поворачивать головы или скашивать глаза. Я шарил рукой, стараясь ухватить оружие за рукоятку. Враг же стоял надо мной, широко и довольно улыбаясь. Он не заметил моих телодвижений.

Наконец, я нащупал рукоять.

— Ты достойный воин, — меж тем сказал противник, — как я и сказал — сохраню тебе…

Мой топор пришел ему прямо в лицо. Причем прошелся он вскользь, попросту счесав кожу лица, срезав щеку, губы, нос. Пусть удар левой, да еще и раненой рукой был неуклюжим, слабым, но даже этого хватило.

Враг выронил оружие и истошно заорал, подняв руки к обезображенному лицу. От его крика кровь стыла в жилах, поэтому я поспешил завершить начатое — второй удар был нанесен без спешки, в полную силу и крайне точно. Противник с торчащим прямо по центру окровавленной морды топором пошатнулся и рухнул, придавив меня своей массой. Но я даже не пытался его скинуть — силы уже оставили меня.

Все, на что меня хватило — откинуть голову назад, уткнуться макушкой в холодную, мокрую землю, зажимать раны на боку и глядеть в темное небо, по которому бежали с огромной скоростью черные грозовые тучи.

Не знаю, сколько времени я так пролежал, но в чувство меня привели чьи-то приближающиеся шаги.

— Вставай, бешеный нод, — сказал кто-то голосом Эйрика. А затем я почувствовал, как тяжесть навалившегося на меня покойника ушла — кто-то стянул его с меня.

Прямо надо мной на фоне неба нависло лицо Эйрика. А следом за ним появилась голова Копья.

— Хватит тут дрыхнуть, — сварливо сказал старик, — мы тут бьемся, а он отлеживается. Вставай!

Я ухватился за протянутую руку и не без труда поднялся с земли.

— Э-э-э…да тебе досталось, — хмыкнул старик, указав своим топором на мою рану.

— Бывало и хуже, — пересохшими губами ответил я.

— Будет, — кивнул старик и указал куда-то в сторону гор, — причем сейчас.

О, черт! Я увидел еще человек тридцать, бегущих в нашу сторону.

Затем я повернул голову к морю, стараясь найти зелено-черный парус своего драккара. Не без труда нашел его. Но как же он далеко! Не успеет подойти…

— Придется сражаться, — вздохнул Эйрик.

— Чем ты недоволен, глупый островитянин? — поинтересовался Копье. — Ведь только павший в бою попадет в Вальхаллу.

— Я не нод, чтобы попасть в Вальхаллу, — ответил Эйрик.

— Ты сражался, как истинный нод. Так что я шепну за тебя слово Одину, — горделиво ответил ему старик.

И Эйрик рассмеялся. А затем его смех поддержали остальные выжившие пленники.

Как же мало нас осталось…

Черт, как же тяжко. Хоть бы Р`мор не подох. Будет жаль начинать игру за нового персонажа, только чего-то добившись на этом. Хотя, с другой стороны, как много я потеряю?

Много…

Мой текущий персонаж — владелец корабля. Я нашел кормчего, который может довести этот самый корабль до богатых берегов. У меня появилось несколько если и не друзей, то соратников, которые готовы пойти со мной в рейд.

Ну и плюсом идет неплохая скорость моего подопечного, а также…ого! Я, кажется, новый уровень получил! Великолепно. Вот только какой от этого толк, если Р`мор все равно скоро погибнет?

Я с тоской оглянулся на море. Парус был уже гораздо ближе, я видел и сам корабль, и фигуры людей на нем. Но они все еще так далеко…

Теперь я глядел в сторону гор. И видел метрах в трехстах от нас три десятка человек, бегущих со всех ног в нашу сторону. В руках у бегущих воинов были щиты ненавистной мне комбинации цветов — бело-красные. Впрочем, их было едва треть от общего количества. Все остальные были с щитами желтого цвета, на фоне которого было изображено пламя.

А, ну да, наверняка это воины местного тэна с ним во главе.

Хм, вообще, забавный тип — большого ума надо быть человеком, чтобы сотрудничать и даже биться бок о бок с теми, кто в буквальном смысле захватил твой остров, и кого ненавидят твои же люди.

Интересно, как скоро местные не выдержат, прирежут собственного тэна и устроят кровавую вакханалию: пустят кровь воинам ярла, топчущим землю Агдира?

Впрочем, мне-то какая разница. В любом случае это случится не сегодня, а жаль. Именно сегодня и сейчас восстание местных было бы нам на руку — не пришлось бы помирать.

Я огляделся. Нас осталось совсем мало: Я, Копье, Эйрик, зажимающий рану на плече, да еще парочка бывших пленников — вот и все, что осталось от прошлой битвы.

И ладно бы все были здоровы и полны сил, но нет. Один из пленников стоит с трудом, шатается, у другого рассечено лицо и он выглядит так, будто бы кровью умылся. У следующего левая рука висит плетью — он даже щит не может взять. Да чего там говорить — я и то стоял, закрывая рукой порез на боку окровавленной рукой. И только Копье был как огурец. Да к тому же не получил ни единой царапины.