Он проиллюстрировал свои слова жестом.

– Нам потребуется поддержка ООН, - угрюмо сказал Лео.

Ему и его организации разрешено было иметь только пистолеты. Ничего, что мог бы применить один корабль против другого.

– У меня есть некоторые данные, которые могут пригодиться, - сказал Феликс, копаясь в своем дипломате.
– Как ты, наверное, знаешь, наши люди в ООН имеют доступ в кабинет Хепберн-Гилберта. Мы не можем заставить его что-либо сделать, но, по крайней мере, мы можем это обсудить.

Он достал какой-то документ.

– Наш Генеральный секретарь обеспокоен постоянным появлением Палмера Элдрича во время каждого из так называемых "перевоплощений", вызванных употреблением Чуинг-Зет. И он достаточно умен, чтобы правильно интерпретировать этот факт. Так что, если это будет повторяться, Хепберн-Гилберт окажется, несомненно, более склонным к сотрудничеству, по крайней мере, тихому...

– Позволь тебя кое о чем спросить, - прервал его Лео.
– С каких пор у тебя искусственная рука?

Взглянув, Феликс удивленно хмыкнул. Потом, посмотрев на Лео Булеро, сказал:

– И у тебя тоже. Кроме того, у тебя что-то не в порядке с зубами; открой рот, давай посмотрим.

Лео без слов встал с кресла и пошел в туалет, чтобы взглянуть на себя в большое зеркало.

Не было никаких сомнений; даже глаза. Смирившись, он вернулся на свое место. Некоторое время оба молчали; Феликс механическими движениями листал документы - о Боже, думал Лео, действительно механическими!
– а его клиент попеременно смотрел то на него, то на усыпанную звездами пустоту межпланетного пространства.

Наконец, Феликс сказал:

– В первый момент человек глупеет, верно?

– Да, - хрипло согласился Лео.
– И что теперь? Что будем делать?

– Примем как должное, - ответил Феликс.

Он пристально разглядывал людей, сидевших по другую сторону прохода. Лео тоже посмотрел и тоже увидел. Та же деформированная челюсть. Та же блестящая металлическая правая рука, одна - держащая газету, другая - книгу, третья нетерпеливо постукивающая пальцами. Все одинаковые, во всех креслах, до самой кабины пилотов. "И там наверняка тоже", - понял Лео. Все.

– Однако я все-таки не совсем понимаю, что это значит, - беспомощно сказал Лео.
– Значит, мы... ну, ты знаешь. Под влиянием этого ужасного наркотика и...

Он безнадежно махнул рукой.

– И мы оба сошли с ума, да?

– Ты принимал Чуинг-Зет?
– спросил его Феликс.

– Нет. Со времени той инъекции на Луне - нет.

– Я тоже нет, - сказал Блау.
– Совсем. Значит, оно распространяется. Даже без употребления наркотика. Он везде; вернее, оно везде. Великолепно; Хепберн-Гилберту придется пересмотреть свою позицию. Ему придется взглянуть фактам в лицо. Думаю, Палмер Элдрич совершил ошибку; он слишком далеко зашел.

– Может быть, он не смог удержаться, - сказал Лео.

"Может быть, эта проклятая тварь ведет себя как протоплазма; она должна поглощать все вокруг себя и разрастаться... инстинктивно расти и расти. Пока ее не уничтожат, - думал он.
– И это должны сделать мы, в особенности я - Хомо сапиенс эвольвенс. Я - человек будущего. Если только ООН нам поможет.

Я - Спаситель новой расы", - подумал он.

Он думал о том, достигла ли уже эта зараза Земли... Цивилизация Палмеров Элдричей: седых, худых, сгорбленных и необычно высоких, и каждый с искусственной рукой, стальными зубами и электронными глазами. Это было бы не слишком приятно. Он, Спаситель, содрогнулся, представив себе подобную картину.

"А если это затронет и наш разум?
– задавал он себе вопрос.
– Не только внешний облик, но и мозг... Что тогда будет с моим планом - убить эту тварь?

Уверен, что это нереально, - подумал он.
– Я знаю, что прав я, а не Феликс; я все еще нахожусь под действием первой дозы - я так и не пришел в себя, такова правда". Эта мысль принесла ему облегчение; все еще существовала настоящая, нетронутая Земля, лишь он один пострадал. Неважно, насколько подлинными могли казаться сидевший рядом Феликс, корабль и воспоминания о визите на Марс и разговоре с Барни Майерсоном.

– Эй, Феликс, - сказал он, толкнув его локтем.
– Я призрак. Понимаешь? Это мой собственный мир. Естественно, я не могу этого доказать, но...

– Мне очень жаль, - лаконично ответил Феликс, - но ты ошибаешься.

– А, перестань! В конце концов я проснусь, когда этот паршивый наркотик перестанет действовать. Я буду пить много жидкости, чтобы быстрее вымыть его из организма.

Он махнул рукой.

– Стюардесса!
– крикнул он.
– Дайте нам выпить. Для меня бурбон с содовой.