Оказалось, что это сомнительное мероприятие имеет ряд преимуществ. Одно из них - регулярный секс. Кроме того, ты всегда накормлен и ходишь в стираной одежде! Анька, словно благодарная за моё «великодушие», никогда не предъявляла претензий. Даже на последних месяцах беременности она не отказывала мне в ласках. От меня же требовалось только материальное участие и чуточку заботы.

Зарплаты хватало с лихвой! Напрасно я боялся своего «блатного положения». Оказалось, в конторе нет случайных людей: каждый – чей-то знакомый, брат, сват. Так что, я быстро нашел общий язык с ребятами, и дело пошло на лад…

Мечты о беззаботной холостяцкой жизни пришлось забыть. Впрочем, как и любовь к Нинке. Нет! Я не разлюбил. Если бы я только мог… Это чувство к ней жило внутри, как фоновый процесс, сопровождая каждый мой шаг.

Моя жизнь, была похожа на экран компьютера, с десятком открытых окон. Офисные документы, калькулятор, браузер… Перекрывая другие, на переднем плане, значится чистый белый лист. А где-то там, позади, спрятанное от посторонних глаз, открытое, висит окошко, о котором знаю только я один. «Пройдёт», — думал я тогда, — «Может оно и к лучшему? Пора взрослеть!».

Любил ли я Аньку? Я дорожил ею, ценил её заботу, восхищался её решимостью, гордился успехами. «Я буду любить вас обоих», — думал я, наблюдая, как внутри неё растет новая жизнь.

По сети бродили, собирая «лайки» фотографии, где рядом с Артемом красовалась дылда в белом платье. То, что она была далеко не красавица, меня успокоило! По крайней мере, так можно было надеяться, что их «залётный» союз продлится не долго.

«Меркантильная стерва!», — я скрежетала зубами от злости, узнав, что дядь Вадик раскошелился на квартиру для молодой семьи. «Да уж, девчонка не промах! А он, Артём, зачем повёлся? Позволил так себя окрутить!».

Она родила раньше срока. Беременность была тяжелой, а я втайне надеялась, что ребенка не будет… «И, в этом случае, он наверняка её бросит!», — мечтала я. Подумать только! Я умышленно желала смерти своему еще не рождённому племяннику.

Любовь – это болезнь! В самом деле… Неизлечимо больной человек, услышав о том, что его организм поражен раковыми клетками, может уповать на чудо. А безнадежно влюбленный? На что уповать ему? Куда идти и к каким докторам обращаться? Какая химиотерапия способна изгнать, вытравить это незваное, болезненное чувство?

Мысленно я то и дело возвращалась назад, пытаясь понять, в какой момент оно возникло. «Абсурд! Бред! Это же Тёма! Сводный брат, с которым всё детство напролёт мы воевали. Это не правильно... Это… Да это просто аморально!», — думала я, выуживая из памяти самое плохое. Однако теперь всё: и ссоры, и слова, сказанные в порыве гнева, казались пустячными.

Мы решили сохранить интригу, и до последнего не знали пол ребёнка. Я рассчитывал, что родится девочка, которую я назову Мариной, в честь матери. А у нас получился пацан!

Что я чувствовал в тот момент? Гордость? Восторг? И это тоже. Но сильнее других внутри меня ощущался страх. Мой сын, моя жена… Анька бережно прижимала к груди плотно стянутый пеленками комочек. Я смотрел, как малыш кормится, присосавшись к материнскому соску.

— Такой крошечный.

Она подняла на меня красные от бессонницы глаза. В отличие от меня, даже сквозь усталость в них проступало абсолютное, ничем не прикрытое счастье.

— С Анютой познакомишься, наконец! — сказала мама.

— Угу, — вяло отозвалась я в телефонную трубку. «Анюта, блин», — мысленно передразнила, однако, промолчала.

— Представляешь, немного не дотянула до дня рождения. Подарок-то, какой! — мама продолжала воодушевленно щебетать, планируя предстоящее мероприятие.

— А почему не в дарованной квартире? — поинтересовалась я.

Пожалуй, прозвучало слишком едко. Что не ускользнуло от материнского уха.

— Нина, ну чего ты вредничаешь? Вот замуж выйдешь, тебе тоже квартиру подарим! — она по-своему поняла мою едкость.

— Еще чего! — возмутилась я, — Не дождетесь!

Мама вернулась к основной теме беседы:

— У них еще ремонт идет, вещи не разобраны.

— Интересно, — съязвила я, — и чем они только занимались?

Мать на том конце провода тяжело вздохнула.

— В общем, прекращай хандрить и приезжай. Тебя все будут ждать!

— А у меня есть выбор?

— Выбор есть всегда, — мудро отозвалась она.

«Ага, вот и я о том же», — поддакнула я про себя, имея в виду, конечно, Артёма.