— Монар! — наконец прервал его председатель. — Если тебе есть что сказать, то иди сюда и говори. Не нужно быть голословным. Аргументируй свою позицию.

— Сочту за честь!

Неторопливо пробравшись к трибуне, Монар поднялся по ступеням и занял место второго спикера, располагавшееся чуть ниже уровня председателя. Но даже такое положение позволяло ему смотреть на рыжеволосого новобранца сверху вниз. Уверенно осмотрев весь зал и убедившись, что его слушают, он наконец произнес:

— Итак! Хотите знать настоящую причину, по которой Земля не захотела реализовать этот проект самостоятельно? Я вам еще скажу! Казалось бы, Земля — колыбель всего человечества. Миллиарды людей, представляющие собой неограниченные физические и интеллектуальные ресурсы. Идеальные климатические условия, не требующие ношения скафандра. Огромные производственные мощности, позволяющие изготавливать любые типы роботов сотнями, тысячами в сутки! Что такое, по сравнению с Землей, наша маленькая колония, численностью в несколько тысяч человек? Песчинка! И тем не менее. Земля спасовала, не справилась, прикрывая свой позор размытыми формулировками об огромных масштабах Вселенной. Могущественная Земля прикрывается нашей маленькой колонией на задворках Солнечной системы. Почему? В чем причина такого странного поведения для столь всесильной планеты? Большие расстояния? Чушь! Нехватка ресурсов? Ерунда! А причина одна. Страх! Это самый настоящий страх. Они боятся!

Зал вновь накрыла волна шума. Очевидно, слова Монара пробудили в толпе вопросы, которыми она никогда не задавалась.

— Чего! Чего они боятся?! — начали раздаваться крики, быстро распространяясь по всему залу.

— Очень и очень многого. Они боятся любой неизвестности. Они придумали машины фон Неймана, но боятся дать им власть над собой. Парадоксально, но они боятся даже самих себя! Все дело в том, что Земля до сих пор весьма консервативное и религиозное место. Огромный неповоротливый мир, привыкший жить по устоям, традициям. Земля боится запускать проект фон Неймана у себя, так как консерваторы, стоящие за миллиардами людей, потерявших работу из-за машин, поднимут такую волну общественного гнева, что она сожрет Землю изнутри, погрузив планету в хаос. Власти Земли боятся этого и не могут позволить себе так рисковать. В отличие от них, наша колония лишена всех этих предрассудков. Мы свободные люди — инженеры, робототехники, ученые, все мы лишены предрассудков и страхов, сковывающих умы миллиардов людей на Земле. Земля уже мертва. Она погрязла в стагнации, и ей уже ни за что не выбраться из этой трясины. Они обездвижены и связаны по рукам, поэтому наша колония — их единственный инструмент и их единственная надежда. Они используют нас.

— Но это не так! — наконец возразил рыжеволосый молодой человек.

За время диалога он, похоже, растерял всю свою застенчивость, и теперь его горящий взгляд смотрел вверх на трибуну, где стоял Монар.

— Земля не настолько связана и консервативна. Вспомните историю. Именно Земля пятьдесят лет назад, еще до образования колонии, первая начала массированное исследование системы Юпитера. Сотни автономных разведывательных зондов были направлены на все его спутники для изучения и разведки ресурсов. Затем последовали тысячи экспериментов, например по изучению возможности приживления на их поверхности бактерий, устойчивых к радиации. Некоторые проекты провалились, но сути дела это не меняет. По сути, именно Земля создала задел для основания всей колонии. Я думаю, что из-за огромных расстояний, задержек связи, а также финансовых издержек продолжать изучать систему Юпитера становилось все более проблематично. Реализовать проект фон Неймана удаленно было и вовсе невозможно. В связи с этим на уже подготовленном Землей фундаменте была основана колония на Каллисто. Эта колония могла бы заниматься всеми этими вопросами на месте. Если бы проект фон Неймана был реализован, полностью самостоятельная экосистема роботов была бы способна не только к самовоспроизводству и увеличению собственной численности, но и полному обеспечению колонии, избавив человека от необходимости выживать! Это дало бы колоссальный толчок в развитии не только самой колонии, но и Земли! Реализованный проект фон Неймана решил бы все проблемы, с которыми сейчас сталкивается не только колония, но и сама Земля! Разве Земля виновата в том, что желала колонии развития и процветания? Разве не стоит ее благодарить за предоставленную возможность реализовать этот проект первыми?

Зал погряз в бессвязном шуме. Казалось, что в рядах колонистов не было единства мнений.

— Нет! — прогремел Монар, и не думая сдаваться. — Будем называть вещи своими именами. Под видом благотворительности Земля использует нас как полигон для обкатки своих теорий и идей. Мы для них не более чем подопытные крысы, которые сделают за них всю работу. Мы и есть некое воплощение псевдотеории фон Неймана, по крайней мере в интеллектуальном плане. Они требуют от нас фундаментальных исследований, они требуют реализации теоретических проектов, которые сами боятся реализовать. Они просто трусы! Что дали эксперименты по приживлению радиофильных бактерий с целью зародить простейшую жизнь в глубинах Ганимеда? Ничего! Ноль! Чертовы неудачники хотят действовать только нашими руками, потому что своими ничего не получается. И им плевать, что у нас до сих пор всего один узел на двадцать туалетов на всю колонию! Они пьют пиво в своих комфортабельных кабинетах, пока мы должны работать на них, мечтая о пиве лишь в своих снах! Похоже, они позабыли, что мы не роботы фон Неймана, которые будут работать над их исследованиями четыреста часов в сутки! Похоже, они позабыли, что мы тоже люди, такие же, как они, со своими нуждами и потребностями. Нам здесь жить, но они хотят, чтобы мы влачили жалкое существование.

Последние слова Монара вызвали одобрительные вопли по меньшей мере у половины зала. Интенсивность шума и криков продолжала нарастать.

— Ну-ка! Подвинься чуть-чуть! Дай я встану, — обратился Талард к Джейдеру, пытаясь приподняться из анатомической ниши. — Мне тоже есть что сказать.

— Да куда ты полез?! Ты же пьяный, как черт! — удивился Джейдер.

— Я должен сказать!

— Сказать что? Что ты приложился сегодня днем?

— Да нет же, черт! — отмахнулся Талард, поднимаясь из анатомической ниши.

— Председатель Герденар! — выкрикнул он, пытаясь перебить шум толпы. — Герденар! Я хочу выступить.

— Говори оттуда, где стоишь. Мы и так потеряли уже слишком много времени.

К тому моменту Герденар и сам устал от этих бесконечных прений и желал побыстрее закончить. К тому же его спина вновь отдавалась импульсами боли, с каждой секундой делая это желание все более явным. Тем временем, дождавшись наступления тишины, Талард начал:

— Я так же, как и каждый из здесь сидящих, выслушал две совершенно разные позиции касаемо Земли и ее планов на нашу колонию. Честно, я далек от политики и не берусь судить, что из сказанного правда, а что ложь. Я могу оперировать только тем, что знаю сам, что чувствую сердцем. И да! Председатель Герденар и Монар правы. Стоять в очереди к туалетному узлу, которая никогда не была короче пятидесяти метров, очень достало. А пивной отсек… Черт! Да я в жизни не мечтал ни о чем сильнее, начиная с тех пор, как оторвался от сиськи матери! Ладно, ладно. Здесь я немного приукрасил, признаю. Пару раз я действительно мечтал о том, чтобы очередь в туалеты была хотя бы метров десять, — по залу прокатился смех.

— В общем, все это хорошо, — невозмутимо продолжил Талард, активно помогая себе жестикуляцией. — Второй жилой сектор, который мы никак не достроим, божественный пивной отсек — мечта любого колониста, другие удобства. Все это и правда хорошо, и даже нужно. Но, черт. Кажется, в погоне за рутиной обустройства и поиском комфорта мы начинаем забывать, кто мы такие.

— Пошел к черту, Талард! — раздался выкрик с задних рядов. — Нас по горло достало спать на головах друг у друга.

— Заткнись, Ордрис! Я не закончил! Так вот, похоже, мы начали забывать, кто мы есть на самом деле. Большинство колонистов прибыли сюда не в поисках хорошей жизни, а из желания сделать нечто большее, из желания внести вклад в развитие всего человечества. Монар прав, Земля давно сгнила. Там нет места для реализации подобных идей. Но и рыжий тоже прав. Если мы перестанем стремиться к большему, вскоре и нас постигнет та же участь, что и Землю.

— Пошел к черту, Талард! — раздался все тот же ехидный окрик.

— Тихо! — рявкнул председатель, заглушая нарастающий рев. Он медленно окинул зал уставшим взглядом, дожидаясь полной тишины. — На этом довольно! Сегодня я намерен не делать выводы за вас, принимая во внимание все то, что прозвучало. Каждый из вас сделает их самостоятельно не здесь и не сейчас. В конце концов, от каждого из вас зависит судьба не только колонии, но и вектора развития всего человечества. На этом заседание окончено!