— Какого… — заморгав от неожиданности, Лотти поставила стакан на пол, вытянула длинные ноги и села прямо. Сьюзен Салливан. Только имя, без фото. Зачем Сьюзен Салливан отправила ей запрос на добавление в друзья? Лотти глянула на дату этой заявки. Пятнадцатое декабря. Была ли это вообще та убитая женщина?

Она не знала Сьюзен Салливан, никогда не слышала о ней до её убийства, но Сьюзен знала её мать. Может, Роуз упоминала Сьюзен о Лотти? Возможно. Но почему эта женщина не пришла к ней в участок?

Лотти нажала на кнопку «Принять друга» и получила доступ к профайлу женщины. Всё ещё активному.

На странице ничего не было, прямо как в их папке с делом об её убийстве. Она зарегистрировалась на «Фейсбуке» первого декабря. Лотти нажала на кнопку «Друзья», чтобы узнать, с кем дружила Сьюзен.

Никого.

Никаких обновлений статуса, никаких «лайков» или публикаций. Что же заставило её зарегистрироваться тут? Взяв стакан, Лотти медленно сделала глоток воды, мечтая о рюмке водки. Может, понюхать раковину?

Лотти проверила свои сообщения. Сьюзен Салливан, снова. Она прочла краткое послание от покойной.

«Инспектор, вы не знаете меня и чего-либо обо мне, но я однажды прочитала о вас в газете и разговаривала с вашей матерью. Я бы хотела с вами встретиться. У меня есть информация, которая, думаю, покажется вам интересной. Жду вашего ответа».

На этом всё.

Не отрывая глаз от айпада в течение нескольких минут, Лотти потянулась за телефоном и позвонила Бойду.

— Я получила сообщение от Сьюзен Салливан, — сказала она.

— Ты что, пьяна?

— Трезва, как стёклышко.

— Мёртвые не разговаривают.

— Поверь мне, Бойд, эта разговаривает.

— Ты определённо пьяна.

— Просто приезжай. Сейчас же. Сам убедишься, что я трезва. 

Бойд сидел на кухне Лотти, поедая лапшу и держа другой рукой айпад.

— Мне интересно, почему она не отслеживала статус? — спросил он. — Или почему не пришла к тебе в участок?

— Это очень странно. Я хочу знать, что за информация у неё была. — Лотти наклонилась через плечо Бойда. — Эта лапша мерзко пахнет.

— Полное дерьмо. — Отложив пустую коробку в сторону, он продолжил. — Твоя мать сказала хоть что-нибудь об информации, которую хранила Салливан?

— Нет.

— Может, стоит проверить, не регистрировался ли на «Фейсбуке» и Джеймс Браун?

— Уже. — Лотти мерила кухню шагами. — Ты хоть представляешь, сколько там Джеймсов Браунов?

— Очень много?

— Именно. Раз уж ты онлайн, проверь и других, — сказала Лотти.

— Кого? Отца Ангелотти? Пропавшего священника? — Бойд напечатал его имя. Снова ничего.

Лотти присела рядом с Бойдом, забрала у него айпад, спросив:

— Ты зарегистрирован?

— Ради бога, — возразил Бойд, — даже не смей.

— Уверена, ты наверняка отслеживаешь страницу своей бывшей жены красотки Джеки и её парня.

— Он уголовник. А она по закону ещё моя жена.

— Должно быть, ты что-то к ней ещё чувствуешь, если не развёлся. Не так ли?

— Она была тусовщицей, а я нет. Но я люблю её, ну, то есть любил. Полагаю, я был не тем, кого хотела Джеки.

— А она хотела Джеми МакНэлли? Самого большого подонка в Ирландии? Где они сейчас?

— Коста-дель-Соль — последнее их местонахождение, о котором я слышал.

— Значит, всё же следишь за ней. — Лотти похлопала его по руке. Бойд отбросил её ладонь.

— Вовсе нет.

— Прошли годы, Бойд. Забудь о ней.

— Не начинай.

— Хорошо, — сдалась Лотти. — Я попробую найти мистера Хорька.

— Майка О’Брайена? Ой, да прекрати. Я знаю его.

— И? — Лотти в ожидании подняла бровь. — Он раздевал меня своими хитрыми глазками-пуговками.

— Но ему не досталось то, что я видел прошлой ночью.

— Заткнись. — Лотти нажала на имя О’Брайена. — Ничего.

— Я видел его в спортзале сегодня вечером. Он был весьма разговорчив. О’Брайен в очень хорошей форме, хоть со стороны и не скажешь.

— Ты нарисовал непристойную картину в моих мыслях.

— Какую?

— О’Брайена в лайкре.