— Я сейчас войду, Габи, и мы все обсудим.

— Я сказала нет. — Она загородила дверной проем, подняв руки в защитном жесте, лицо было напряжено, ноги расставлены на ширине плеч. Она выглядела свирепой и решительной, и Паоло не мог не восхищаться ею. Джефф был очень крупным мужчиной и явно не собирался уходить. У Габриэль не было никаких шансов против него, но она не отступала.

Он должен был действовать немедленно. В отчаянии он сунул телефон в задний карман и схватил самый большой камень, который смог найти. Прицелившись, он швырнул его изо всех сил, с громким треском попав о лобовое стекло Ауди.

— О, боже! Что это было за чертовщина? — Джефф развернулся, и Паоло пустился бежать.

— Я вижу тебя, маленький ублюдок, — крикнул Джефф. — Тебе лучше бежать, потому что, когда я тебя поймаю, я тебя прибью. Я причиню тебе столько боли, что ты даже не сможешь молить о пощаде.

Паоло оглянулся через плечо и, споткнувшись о бордюр, упал на колени. Он вскочил и был потрясен, увидев позади себя Джеффа, который быстро приближался. Но если он и научился чему-то, будучи ребенком жестокого отца, так это бегать. Он прошел уже целый квартал, когда понял, что его телефон выпал из кармана, когда он споткнулся. Возвращаться было нельзя. Он мог только надеяться, что Джефф не найдет его. Но если найдет, то Паоло был уверен, что Джефф доберется и до него.

Седьмая

Габриэль вздрогнула и проснулась. Она села, стряхивая сон, пытаясь понять, что ее разбудило. Потом она услышала лай Макса.

Накинув свитер поверх пижамы и шорт, она побежала по коридору. В дверь громко постучали, и она заколебалась. Макс никогда бы не стал лаять на Николь. Так кто же был снаружи? Джефф? Боже, она не хотела сегодня снова иметь с ним дело.

С колотящимся сердцем она посмотрела в глазок, и у нее перехватило дыхание, когда она узнала мужчину по другую сторону двери.

— Лука?

— Габриэль. Открой дверь.

Святое дерьмо. Мужчина ее мечты нашел ее.

Крепко держа Макса за ошейник, она распахнула дверь.

Даже не поздоровавшись, Лука прошмыгнул мимо нее и вошел в дом. Он был одет в облегающую темно-серую рубашку поло, идеально отглаженные темные брюки и блестящие кожаные ботинки. Он был слишком груб, чтобы быть красивым, но его грубая мужественность была настолько неотразимой, что она не могла отвести взгляд.

— Что ты здесь делаешь?

— Я пришел проверить, как ты.

Макс рявкнул и рванулся к Луке.

— Все в порядке. — Габриэль изо всех сил пыталась удержать Макса, поглаживая его по голове свободной рукой. — Он мой друг.

— Отпусти его, — Лука наклонился и протянул руку. Габриэль отпустила Макса, и он понюхал пальцы Луки. Мгновение спустя ее предательский сторожевой пес перестал лаять и завилял хвостом.

— У тебя должно быть есть собака, — она раздраженно фыркнула.

— Когда я рос, у меня их было две, — сказал Лука. — Теперь я живу в пентхаусе и не думаю, что это будет справедливо. Им нужно где-то бегать, — он стоял нахмуренный. — Ты одна?

— Да. Николь сейчас у своего парня, — она приподняла бровь. — Как ты меня нашел?

— У меня есть друг в «Гламуре», который дал мне информацию о тебе из базы данных. — Его глаза метались по дому, как будто он ожидал увидеть, как кто-то выскочит из тени.

— Но это же незаконно.

— Я хотел найти тебя, — Лука пожал плечами.

Такие простые слова, но в то же время наполненные глубоким смыслом. Неважно, что он нарушил закон. Он хотел найти ее, и ему это удалось. Конец истории.

Чего бы она только не отдала, чтобы вести себя так бесцеремонно.

— Но почему? Для еще одного перепихона?

— Я думал, ты в опасности. — Он прошел мимо нее на кухню.

Не спрашивая разрешения, он заглянул в кладовку и выглянул через заднюю дверь.

— О чем ты говоришь? Какая опасность? — Она последовала за ним в гостиную и смотрела, как он громыхает сломанной сетчатой дверью.

— Как это произошло?

— Ты наблюдал снаружи, когда Джефф был здесь? — Кожу на шее Габриэль покалывало, она подошла к нему и ткнула в грудь.

— Я приехал всего несколько минут назад. — Что-то в выражении его лица изменилось, его карие глаза заострились, потемнели, стали дикими. — Кто такой Джефф? Это он сломал твою дверь?

— Я работаю с ним, и да, это он сломал дверь. Он был... взволнован.

— Я был взволнован, когда ты ушла из «Гламура», но я не ломал твой гребаный дом, — глаза Луки сузились.

— Он сломал дверь, а не дом, — возразила она.

— Это было неуважительно.

Она предполагала, что так оно и есть, но не придала этому особого значения. Джефф был расстроен, и его поведение, хотя и неприемлемое, было нехарактерно для человека, которого она знала.