Аркадов хорошо помнил то время, когда его, неоперившегося сотрудника, но уже накопившего жизненный опыт, назначили на линию розыска авторов и исполнителей анонимных материалов. Это был несколько необычный и как бы обособленный от других подразделений участок работы. Однако с самого начала службы поиск «невидимок» вызывал у Аркадова живой интерес, задевал непростой интригой.

Он знал, что во все времена были служивые люди, которые занимались таким неординарным сыском. Еще в мрачную эпоху Ивана Грозного распространялись подметные письма, которые сеяли смуту в народе. Бояре строчили доносы друг на друга. Свитки были не подписаны или подписаны вымышленными именами. Тогда и в последующие времена существовали свои технологии розыска и методы наказания. Позже, с развитием печатного дела, подпольно выпускались листовки, газеты с оппозиционными статьями, угрозами и призывами, имевшими огромное психологическое воздействие на умы людей. В связи с этим перед спецслужбами, как бы они ни назывались, стояли одни и те же задачи: найти автора, проверить реальность и в случае необходимости устранить угрозы, изложенные в документе.

К сожалению, опыт прошлого был во многом утрачен, да и вряд ли спустя столетия мог быть эффективным. Аркадову вновь пришлось учиться, осваивать новые технологии, порой граничащие с магией, которые позволяли более опытным сотрудникам вычислять анонимов, как говорится, «на кончике пера»…

В кабинете руководителя было тихо. Краем глаза Аркадов привычно заметил, что количество рыбок в аквариуме осталось неизменным. Этот большой сосуд подарили Давлетову на его юбилей. С тех пор все в отделе привыкли к плавающим созданиям, больше похожим на живые цветы. Паря в кристально чистой воде, они непостижимым образом вносили положительную энергию в напряженный ритм работы.

– Присаживайтесь. У нас объявился новый литературный гений, покруче Льва Толстого, – грустно пошутил Давлетов.

Он открыл папку и повернул голову к сидящему напротив Сафронову:

– В общих чертах вы уже в курсе. Конкретных заминированных объектов аноним не указывает, но требует освободить из всех исправительных колоний области осужденных по имени Дмитрий. Постарайтесь вплотную поработать с милицией в этом направлении. Нам нужна объективная выборка и копии установочных данных на окружение выявленных Дмитриев. Если будет нужна помощь, докладывайте в любое время.

Сафронов быстро отметил в тетради данные ему рекомендации, хотя общие направления были известны. Аркадов незаметно улыбнулся – начальники любят, когда их конспектируют. С другой стороны, в экстремальной ситуации можно было невольно что-то упустить, а в розыске даже малейшая деталь представляла собой большую ценность.

Дверь кабинета мягко закрылась за Сафроновым. Давлетов повернулся к Аркадову:

– Готовьте постановление о заведении дела. Подлинник самого документа пока находится в милиции. С ним решим позже. Постараюсь кратко обрисовать ситуацию. Два дня назад в редакцию популярной местной газеты поступило анонимное письмо. Думаю, не очень обрадую вас: адрес на конверте и текст письма выполнены вырезанными из печатных изданий буквами… Ну прямо как в крутом боевике!

– А конверт сохранился? Вы ведь знаете, что в организациях разговор с ними короткий.

Давлетов пропустил вопрос и продолжил:

– Как видно из письма, требования, выдвинутые анонимом, носят очень конкретный характер. Математически точно указан срок выполнения террористического акта. Запрашиваемая им сумма в пять миллионов долларов кажется не очень реальной. Но вот конкретизация времени освобождения осужденных просто удивляет – 10 июля в 10 часов утра. Ни раньше ни позже. Далее, дату взрыва жилого дома аноним указывает на 17 июля. А вот место закладки готов сообщить только после получения всей суммы. Кстати, как ни странно, автор документа выступает от имени женщины.

Аркадов спросил об одном из главных составляющих моментов розыска:

– Какую он или она предлагает информационную цепочку?

– А вот здесь совсем как в дешевом детективе, – вздохнул Давлетов. – О результатах подготовки суммы аноним просит сообщить в начале демонстрации фильма по конкретному каналу местного телевидения. Но схему передачи денег не указывает. Надеюсь, будет другая уточняющая информация, если, конечно, аноним все продумал до конца.

Давлетов сделал паузу, потом как бы сочувственно посмотрел на Аркадова и вручил лежащую на столе папку:

– Забирайте копии документа и конверта и приступайте к работе. Постановление о заведении дела розыска и список рабочей группы доложите завтра. Сейчас срочно решайте с информацией по телевидению и сделайте все возможное, чтобы оттянуть время. По этому вопросу вас уже ждут в Управлении внутренних дел.

Андрей Петрович быстрым шагом направился в свой кабинет. Как всегда его охватывала гамма противоречивых эмоций. С одной стороны, это была профессиональная потребность решить очередную сложную задачу и получить удовлетворение от ее выполнения. С другой, чисто личной стороны, завораживала интрига складывающейся ситуации с подсознательным страхом перед неизвестностью. Правда, страх внезапно исчезал с момента крутого, как в пике, входа в работу. Но начиналось жесткое по напряжению и времени противоборство с неизвестным. Господствовала неопределенность. Противник, как правило, оставлял очень запутанную головоломку в виде письменных знаков, отражающих информацию, которая зачастую не соответствовала действительности.

Как страстный болельщик, Аркадов мог сказать, что сейчас мяч находится на половине поля противника и начинать игру придется по его сценарию.

В отличие от шумных районных отделений милиции в здании УВД было спокойно. Веяло легкой прохладой хвойного леса. Аркадова уже ждали на посту. Вместе с сотрудником милиции он проследовал в кабинет полковника Хлыстова. Ему раньше не приходилось напрямую работать с этим авторитетным в милицейских кругах человеком. Но в сложившейся ситуации на установление взаимопонимания аноним просто не давал времени.