Хотя стоп. Это бы было еще хуже. Я бы потратило кучу времени и сил. Пережила бы боль потери, отказалась от магии, и что бы я получила? Ничего! Вот ответ. Мне возвращаться некуда. Там моя замена, которая полностью всех устроила. Она лучшая вариация меня в том мире.

— Она не обладала магией, и ей тут жилось тяжело, — услышала позади себя голос пророка. — Не мучай себя. Отпусти это, и проживай свою жизнь в этом мире. Она не лучше тебя. И не хуже. Вы одинаковые по внешности, но абсолютно разные внутри. У тебя совсем другая судьба.

— За что они так с нами? — Обернулась к нему.

— Не знаю, Мари, — вздохнув он сел на ступени. — Нам не понять их, так же как и им нас. У нас разные предназначения.

— Что-то мне от этого не легче, — сказала, подходя к нему.

— Твой двойник была тут глубоко несчастной, так же как и ты там, — сказал пророк. — Она родилась в семье сильных магов бездарным ребенком. Этого никогда раньше не случалось. Родители таскали ее по лекарям, ученным, но все тщетно. Ребенок был магически пуст. Они отказались от нее, не захотев нести этот крест. Думали, что это повлияет на их карьеру, и место в обществе. Она выросла в приемной семье обычных людей, что приютили ее. Тяжело работала с самого детства, и жила лишь надеждой, что когда-то ее жизнь станет лучше. Ты не должна злиться на нее.

— Я понимаю, — опустила глаза, стыдясь своих чувств. Я ведь действительно ненавидела совершенно незнакомую девушку, что заняла мое место, не зная ее судьбы.

— Этот мир благосклонен к тебе, — сказал пророк. — Он рад, что ты вернулась, и делает все, что бы ни захотела уходить. Тут ты нашла любовь, которую ждала, и искала в том мире. Тут ты нашла сердечную подругу, что готова жизнь отдать за тебя. Такой подруги в том мире у тебя никогда бы не было. В этом мире тебе попадаются только хорошие люди, что помогают, и поддерживают тебя. В этом мире ты можешь познакомиться с настоящими твоими родителями.

Я глубоко задумалась, не чувствуя холода, и пронизывающего ветра. Сейчас я все это не смогу принять. Понимаю, что боль пройдет не скоро. Но пророк прав. Этот мир сразу мне улыбнулся, и тепло принял. В другом мире я чувствовала себя одинокой, чужой. Я выделялась среди сверстников, не могла сойтись с другими девчонками, так как интересы просто не совпадали. Я вечно грезила медициной, и пылала желанием лечить людей. Даже с Ником ничего не получилось, а ведь я старалась. Я словно говорила на другом языке. Меня не принимали, и не понимали.

— Мари, пойдем в дом, — обнял меня Нок. — Тут холодно. Что будет с нами, если наш лекарь заболеет, и не сможет смотреть за нами недотепами? Пожалей простых смертных. Не дай нам погибнуть.

— Вот еще, — фыркнула, беря себя в руки. — От меня так просто не отделаетесь!

Войдя в дом, Джули сразу мне вручила кружку горячего чая. Она смотрела на меня с волнением и сочувствием, переживая.

— Как ты? — Спросила меня, когда я села в кресло.

— Не знаю, — пожала плечами. — Пока не определилась. Меня словно обухом по голове ударили. Ощущение полной дезориентации.

— Моя Мари! — Она обняла меня. — Вижу, что осталась собой после этой страшной новости. Лекарские термины из тебя сыпятся так же как и обычно. Хочешь, папа поможет тебе найти твоих настоящих родителей?

— Не хочу, — сразу ответила, не успев подумать. Реакция мозга сразу выдала ответ, ориентируясь на мои чувства.

Я не хотела знать людей, что отказались от собственного ребенка только лишь из-за того, что в нем нет магии. Разве можно таких людей назвать родителями? Это же бесчувственные, совершенно аморальные люди.

Я лучше оставлю в памяти образ земных родителей. Тех, кто поддерживал меня, несмотря на то, что не понимали такой страсти к медицине. Тех, кто покупал мне на дни рождения в детстве медицинские справочники, желая меня порадовать. Думаю, мой двойник будет счастлива с ними. Они дадут ей то тепло, которого ее лишила судьба.

— Почему? — Удивилась Джули.

— Может, как-нибудь расскажу тебе, — взяла ее за руку. — Но не сейчас. Слишком сложно.

— Понимаю, — кивнула Джули. — Тогда пошли убирать со стола. Ты же не думала, что сможешь отмазаться от этой работы тем, что у тебя душевная рана?

— Конечно, нет, — улыбнулась ей.

Пока мы убирали со стола, Гуар разговаривал о чем-то с Ноком. Их разговор был тихим, и видимо очень хорошим, потому как Нок улыбался, и просто святился счастьем. А после разговора летал вокруг меня окрыленный, спрашивая, не нужна ли помощь.

Легли мы спать рано, так как утром планировали выдвигаться в путь. Каникулы скоро закончатся, а мне еще надо сделать несколько десятков заданий, и составить сотню формул по зельеварению.

Я для себя решила пока отпустить ситуацию на самотек, и не думать о ней. Сейчас хотелось просто жить, и найти тот якорь, который меня будет держать.