— А почему меня не разбудили? — Спросила, натягивая на себя вещи.

— Ты так сладко спала, — улыбнулся Нок. — Тем более, что крутилась пол ночи. Решили дать вам отдохнуть подольше. Вас девушек беречь нужно. А с нами ничего не сделается.

— Спасибо, — поцеловала его в такие мягкие, и вкусные губы. — Ты чудо!

— Надеюсь, это будет еще одним доводом остаться тут, со мной, — сказал Нок.

— Определенно, — улыбнулась ему.

Позавтракав, и собравшись, мы отправились на подъем. Место для подъема выбрали плавное, которое постепенно становилось круче. Сегодня нам необходимо подняться где-то на треть. Все понимали, что с непривычки будет тяжело. Неустойчивая почва под ногами, порывы ветра, которые чуть не сбивали с ног, и сумки, тяжесть которых резко увеличилась с момента подъема.

Пизат выглядел немного потерянным. Из чего я сделала вывод, что он не отдохнул. Приходилось пристально следить за его состоянием, так как он шел медленнее, чем вчера.

— Пизат, как ты себя чувствуешь? — Спросила его, когда мы устроили привал.

— Да все хорошо, — ответил он, и тут же зевнул.

— Может, задержимся на час? Путь Пизат поспит, отдохнет немного, — предложила я.

— Мари, спасибо конечно за беспокойство, но не нужно, — сказал он, отмахиваясь. — Все хорошо.

— Уверен? — Всматривалась в лицо парня.

— Уверен, — сказал он, и развел костер щелчком пальцев.

Дальнейший путь стал еще тяжелее. Мы поднимались медленно, так как ноги постоянно соскальзывали даже в специальных ботинках. Нок помогал мне, держа за руку, а вот Пизат сам себя еле поднимал, не говоря уж о Джули, которой тоже было очень тяжело.

— Давайте обвяжемся веревкой, — предложила всем.

— Зачем? — Спросил Пизат. — Тут еще не так опасно, как будет потом. Это нас замедлит.

Конечно, меня никто не поддержал, а я переживала за парня. Видела, что ему очень тяжело дается путь, но перед Джули храбрится.

Вечером, когда мы уже подходили к месту, где запланировали разбить лагерь, случилась беда. Пизат оступился, и не сориентировавшись сразу из-за слабости, заскользил вниз. Нок старался его поймать, но не получилось. Парнь покатился вниз, по острым камням, постоянно натыкаясь на булыжники.

— Джули стой, — поймала подругу за руку. — Если ты так же оступишься, ничем тогда Пизату не поможешь. Тихо спускайся.

— Но он же… — Задыхаясь от рыданий и переживаний, Джули смотрела вниз.

— Я знаю, поэтому тихо спускаемся, аккуратно, — сказала ей. — Снаряжение оставь тут. Нечего его за собой таскать.

Мы сняли сумки и рюкзаки, и тихо начали спуск. Я молилась всем богам, что бы Пизат был жив. Раны я смогу залечить. Главное, что бы он дождался меня.

***

До Пизата нам удалось добраться только лишь через минут пятнадцать. Он уперся в большой камень, и лежал сломанной куклой. Нок хмуро стоял над ним, и боялся дотронуться. То, что на парне нет живого места, видно было даже невооруженным взглядом.

— Пизат, — было кинулась к нему Джули, но Нок поймал ее, удерживая за талию.

— Джули, тише, дай Мари его посмотреть, — кричал он. — От нас сейчас толку мало.

— Пи-и-и-з-а-а-т, — рыдала Джули, повиснув на руках Нока.

Я же быстро подошла к парню, сканируя руками повреждения. Дела обстояли плохо. Перелом ноги, пары позвонков, сломано три ребра, одно проткнуло легкое, открытая травма головы. Но он был жив, что заставило меня, благодарно возвести взгляд к небу.

— Не отпускай ее, — скомандовала, беря себя в руки, и отрешаясь от эмоций.

Сейчас слезами делу не поможешь. Поплачем потом, обнявшись все вместе у костра. Сосредоточенно водила руками, вливая магию в тело парня. Я впервые встретилась с такими повреждениями, и действовала, лишь поддаваясь интуиции и логике.

Изначально надо как можно скорее устранить прокол легких. Затем травму головы, ушибы внутренних органов, и только потом переломы.

Я бы могла действовать по старинке, методами моего мира. Но мы далеко от цивилизации, в двух днях от портала. У парня просто не будет шансов. Поэтому вся надежда на магию. Представляя, как ребра встают на места, как сращиваются кости, держала дрожащие ладони, из которых лился мягкий зеленый свет, над грудной клеткой, которая по окончании работы поднялась, и парень сделал первый вздох воздуха полной грудью.

Так, теперь голова. С этим было сложнее. Я знала, как утроен мозг человека, но не была нейрохирургом, соответственно даже представить не могла последствия данной травмы. Поднесла ладони к окровавленному месту.

Как-то профессор сказал, что можно магией провести диагностику, и понять, что именно повреждено. Но как это делать не объяснил, говоря, что это программа четвертого курса, а мне пока и подавно рано о таком думать. Зря тогда не настояла. Ох, зря!

Закрыв глаза, предоставила, как магия проникает в голову парня, ища кровоподтеки. Не знаю, правильно ли действовала, да это и не важно, когда перед глазами всплыли картинки. Быстро устраняя все травмы, попутно представляла, как сращивается кость, как затягивает кожа.