Живут ли тут люди? В темноте домов не разглядеть, но кто знает… Впрочем, даже если не живут, то что с того? Так даже лучше. Построить бы шалашик, смастерить удочку — наверное, это легче, чем кажется — и затеряться в безымянном лесу… Никаких чужих стран, далёких материков; не нужно подстраиваться под незнакомую культуру, учить никогда ранее не слышанный язык, вертеться, пытаясь почувствовать себя своей среди толпы чуждых, как из другого мира, людей — и за всю жизнь не преуспеть в этом… Хотя Элья понимала, что в ней говорит отчаяние. Отчаяние — и невозможность поверить в то, что необходимо как-то и зачем-то продолжать жить. Она знала, что быстро ко всему привыкает — привыкнет и к новой земле.

Неожиданно к ней подошёл капитан.

— Не скучаете? — спросил он. — Может, всё-таки пойдёте в каюту? Холодает…

У Эльи что-то болезненно дрогнуло в груди — замечание заставило её снова с тоской и нежностью подумать о Саррете, о котором она забыла на целую минуту, засмотревшись на острова. По наставлению полицейского, Элья, когда собиралась, натянула свитер и тёплую накидку, а также сунула в карманы толстые перчатки — поэтому и не замёрзла за весь день, пока ждала шлюпку. По крайней мере, не до такой степени, чтобы отсиживаться в каюте.

— Что это за острова? — спросила Элья.

— Это земли Клана Альбатроса, — ответил капитан. — Говорят, впрочем, Клан Альбатроса сейчас там не живёт… Они вроде бы стали птицами. Какое-то страшное колдовство…

Его рассуждения о колдовстве Элья уже не слышала — она вдруг заметила рыжеватые отблески костра, плясавшие на стволах деревьев на крутом берегу одного большого острова, и шум в ушах заглушил голос капитана. И голос разума, наверное, тоже, потому что Элья вдруг сказала:

— Неправду говорят. — Потом повернулась к нему и попросила: — Позвольте мне, пожалуйста, сойти здесь.

***

Элье пришлось долго уговаривать опешившего капитана, но своего она всё-таки добилась. Шлюпка снова была спущена на воду, и какой-то старый матрос отвёз девушку к берегу.

Здесь бы, наверное, следовало испугаться и попроситься обратно. С того места, куда они причалили, костра видно не было: берег казался глухим и неприветливым. Но вот матрос сел в шлюпку, та плавно заскользила обратно к «Причуде», а Элья не поспешила окликнуть его, она молчала и не двигалась. А когда шлюпка стала едва различима в ночной тьме, повернулась и зашагала наверх по склону, туда, где, по её представлениям, должен был гореть огонь. Если, конечно, он ей не померещился…

«Идти на огонь — это и риск, и надежда, — вдруг вспомнила она. — Пока не придёшь, не узнаешь…»

Лес шелестел мрачно и как будто даже угрожающе. Элья старалась особо не углубляться в него, довольно быстро отыскав тропку вдоль обрыва. А потом, наконец, снова увидела пляски оранжевых бликов на стволах деревьев…

Девушка помедлила секунду, собираясь с духом, и двинулась дальше. Остановилась Элья только когда до цели оставалось около десяти шагов.

— Позволь подойти к твоему костру, — сказала она тени, застывшей возле небольшого бревенчатого домика с единственным тускло светящимся окном.

— Подходи, — усмехнулся Герек. — Я тебя тут уже почти неделю жду…

И сам направился к удобно лежавшему возле огня толстому бревну, откуда открывался вид на море и на ближайшие острова.

Домик, как и кострище, судя по всему, некогда принадлежал леснику или, может, местной волшебнице — знахарки, подобные Гарле-каи, существовали и в Клане Альбатроса, Элья это помнила по бабушкиным рассказам.

— Откуда ты знал, что я приеду? — спросила она, глядя не на сидевшего рядом мага, а на огонь.

— Клан Альбатроса всегда возвращается к своим корням, — пафосно изрёк Герек.

Элья поморщилась. У неё не было настроения, чтобы вести беседу в таком тоне.

— Я могла вернуться лет через десять. Или даже через тридцать. А учитывая мою последнюю работу — могла не вернуться вообще.

Герек вздохнул.

— Земля, — сказал он. — Она здесь особенная. Острова твоих предков чувствовали твой скорый приезд и… как бы тебе сказать… радовались. А я был на одной торговой шхуне, неподалёку отсюда — и услышал.

— И решил, что соскучился, — саркастически отозвалась Элья.

— Мне просто стало интересно, что приведёт тебя сюда. Кстати, что это было?

— Твой костёр.

— То есть, ты удовлетворила своё любопытство, и теперь можешь со спокойной совестью вернуться на корабль?

А в его голосе сарказм почти не чувствовался. Но, несмотря на это, Элья поняла, что Герек откуда-то знает: никакой корабль её не ждёт, и возвращаться ей некуда. Может быть, тоже услышал? Удаляющийся от островов пароход — или что-то иное, выдавшее её изнутри?..