— Кстати, как твои шрамы? — спросил Саррет. Совершенно некстати. Но Элья знала, что он давно хотел задать этот вопрос, ещё когда она выбралась с порога Зеркальных Глубин.

— Вроде всё хорошо.

— Всё-таки сила воли творит чудеса? — спросил Саррет.

— Да, наверное…

— Я всё равно поговорю с майором Карвесом. Пусть найдут тебе профессионального мага, который разбирается во всей этой ерунде. Лучше сразу…

— Не стоит, — прервала его Элья. — Я думаю, теперь это перестанет быть для меня проблемой. Всё меняется, знаешь…

— В любом случае, консультация специалиста не помешает. И ещё нужно придумать, где ты теперь будешь жить…

— В тюрьме, — мрачно пошутила Элья.

— Никакой тюрьмы. Ты победила Макору, в конце концов, они не посмеют… Думаю, тебе можно будет найти комнату в общежитии при Доме Полиции… Что ты морщишься? Там и женщины живут. Нормально, кстати, живут…

— Это тебе говорили живущие там мужчины?

— У тебя странные представления о столичных полицейских. Мужчины там, в основном, живут с семьями. И недолго — после первого года работы жалованье возрастает до такой степени, что можно снимать комнату где-нибудь в городе, а то и домик арендовать. Прости, конечно, что не могу предложить погостить у себя, но…

— Но у тебя жена и ребёнок, я помню.

Элья сообразила, что она сказала, только мгновенье спустя.

Саррет немного помолчал. Потом спросил:

— Герек разгадал мой шифр?

— Да, — вздохнула Элья. — И довольно давно. Поздравляю, кстати.

— Спасибо. Но вопрос, тем не менее, остаётся…

— Пусть это тебя не волнует, я что-нибудь придумаю. Давай сначала разберёмся, что нас ждёт в общем, а потом будем разбираться в частностях.

— Да я думаю, ничего особенно нас не ждёт, — отозвался Саррет. — Ничего особенно нового…

Он ошибался. Сюпризы начались сразу, стоило двум замученным дорогой путешественникам сойти на причале недалеко от Дома Полиции Аасты, крупного здания из светлого кирпича, строгого и представительного, как и полагалось столичному государственному учреждению.

У входа стояло несколько полицейских. Один из них заметил Саррета и Элью и отправился им навстречу.

— Чтоб тебя, — процедил Саррет.

Элья тоже узнала эту невысокую крепко сбитую фигуру. Этот же человек, сердитый, с большими усами, встретился им год назад в здании тюрьмы, когда они вернулись из Кабрии.

Как и тогда, Саррет остановился и отдал честь. Элья же хмуро смотрела на майора исподлобья. Она даже не собиралась здороваться. Разве что он сам первый поприветствует её — но на подобное обращение рассчитывать не приходилось, памятуя о прошлой встрече.

Впрочем, майор Наргель в этот раз удивил их обоих. Вид у него был не суровый, а какой-то печальный. Даже усы как будто поникли. Он подошёл к Саррету, вздохнул и неловко похлопал его по руке, пониже плеча — насколько позволял рост.

— Мне очень жаль, мальчик, — сказал он.

У Эльи засосало под ложечкой.

— Что случилось? — быстро спросил Саррет.

— Так ты, значит, ещё не знаешь?..

— Что случилось, майор?

Голос Саррета прозвучал негромко, но с такой угрозой, что Элья невольно коснулась его руки в попытке успокоить.

— Твой отец, — сказал Наргель, — он погиб. Ужасная трагедия…

— Тьфу. — Саррет вздохнул с явным облегчением и на мгновенье прикрыл глаза рукой. — Я уж думал что-то с девочками…

— Саррет… — Майор Наргель смерил своего бывшего подчинённого каким-то странным взглядом. — С ними ничего не случилось только потому, что он оказался там.

***

Саррет шагал так быстро, что Элья едва поспевала за ним. Если бы она отстала где-нибудь по дороге, он бы вряд ли заметил. Коридоры Дома Полиции были полны людей, в основном полицейских, конечно; все, как один, дружно поворачивали голову вслед мужчине с подбитым глазом, нёсшим в руках саквояж, и его спутницы, почти бегом следовавшей за ним. Элья заметила, что кто-то окликал Саррета или подавался в его сторону, думая пожать руку — но тот, казалось, ничего не видел и не слышал.

Элье было страшно до одури, потому что однажды она уже видела его с таким лицом. Тогда она пыталась его задержать — и у неё ничего не получилось. Саррет всё равно пошёл и убил Грапара.

Сейчас она даже не пыталась.

Дойдя, наконец, до какой-то двери на втором этаже, без таблички или каких-либо иных опознавательных знаков, Саррет бросил саквояж на скамью рядом.

— Жди здесь.

— Но почему…

— Жди здесь, я сказал.

Без стука, не говоря ни слова, Саррет вошёл внутрь, и дверь с грохотом захлопнулась за его спиной.