Габриель, облокотившись поясницей о кухонную тумбу, скрестил руки на груди и внимательно наблюдал за мной, пока я перекладывала омлет на тарелки. Такой проницательный взгляд вогнал меня в краску и я, чтобы разбавить тишину и неловкость спросила:

— Вы любите «Modern Talking»?

— Старомодно? — смесь стыда и озорства.

— Нет, ни капли, а что еще вы слушаете?

— Много чего и старых исполнителей, и новых.

— Например?

— Стинг, Мадонна, Майкл Джексон, классический рок, спектр уж очень широкий. А ты? Что нравится тебе? — Габриель повернулся и оперся локтями о тумбу.

— Книги и красивая одежда. Примитивно, не правда ли? — я попыталась повторить его интонацию, когда он спросил о старомодности, но плохо получилось. Мы замелялись.

— Нет ни капли, — голос Габриеля вдруг стал серьезным. — Всё, что касается тебя априори не может быть примитивным.

Я смущенно улыбнулась, не зная, что ответить на такие слова. Можно ли это расценить как комплимент? Пожалуй, раз я снова покраснела, наверное, мое лицо сейчас похоже на помидор.

— Не буду вгонять тебя в краску, — Габриель провел ладонью по моим волосам и отошел к столу, чтобы выключить музыку на телефоне. Мысленно я была благодарна ему за то, что он не стремился нарушить границы личного пространства. — Я купил сок и чай. Не знаю, что ты обычно предпочитаешь пить с утра. Ты говорила про кофе, но, на мой взгляд, это не самая полезная штука.

— Сок вполне сгодится, — ответила я, ставя на стол тарелки с омлетом.

— Отлично, — Габриель достал из холодильника сок и налил нам по стакану. — Ты такая бледная, надеюсь, гранатовый пойдет тебе на пользу.

Я уселась на высокий табурет и отметила про себя, что ни на миг не перестаю улыбаться с того момента, как зашла на кухню. Мне было приятно то, с каким вниманием Габриель относился ко мне, он помнил и про кофе, заметил, что я бледная и вообще, не поленился съездить в магазин, чтобы организовать завтрак. Никто и никогда не проявлял ко мне такой трепетной заботы. На глазах непроизвольно выступили слезы от чувства приятного умиления. Уж слишком я сентиментальна.

— Что с тобой? — обеспокоенно и немного удивленно спросил Габриель, заметив, что я пытаюсь скрыть слезы. — Почему ты плачешь? — он подошел и присел на корточки рядом со мной, а я окончательно расклеилась. — Эй, эй, Поля, ты чего? — Габриель взял мои руки в свои горячие ладони.

— Просто… Просто, — я всхлипнула и опустила голову. Мне нужно было немного времени, чтобы успокоиться. — Вы так стараетесь для меня, — заикаясь, проговорила я. — Казалось бы, обычный завтрак, что в нем такого особенного? А я, — голос сел и я замолчала.

— Понимаю, я всё прекрасно понимаю, — Габриель улыбнулся и аккуратно поднял мое лицо за подбородок.

— Я плакса, — шмыгаю носом.

— Прекрати, так плохо о себе думать, — строго проговорил он. — Наличие слез говорит о твоей ранимости и чистоте души, что же тут плохого? Слезы — это нормально и стыдиться тут нечего, — Габриель улыбнулся. — Не расстраивайся, солнце, всё ведь хорошо, — он встал на ноги. — Давай лучше позавтракаем, а на десерт я приготовил тебе кое-что вкусное, оно непременно поднимет тебе настроение, — глаза Габриеля таинственно блеснули.

— И что это? — я вытерла краем футболки глаза, и повернулся к своей тарелке.

— Маленький сюрприз.

— Так нечестно, я ведь от любопытства просто умру.

— Тогда нужно скорей покончить с завтраком, чтобы не затягивать с ожиданием.

Я была голодная, даже очень. Несмотря на то, что Габриель говорил о своем небольшом навыке в готовке, его омлет оказался восхитительно вкусным. Я съела всё, не оставив даже крошки. Запив завтрак гранатовым соком, я почувствовала себя по-настоящему счастливым человеком. Оказывается для этого блаженного состояния не так-то много и нужно.

— Какая ты быстрая, — засмеялся Габриель, накалывая на вилку дольку помидора.

— Это плохо? — почему-то мне хотелось быть безукоризненной для этого человека во всех возможных проявления.

— Нет, ни капли. Неужели настолько не терпится получить десерт?

— И это тоже.

— Я помню, что тебе понравилось то вишневое пирожное в ресторане, подумал, ты будешь рада, — Габриель достал из пакета, что стоял на окне аккуратно упакованную коробочку.

— Очень рада, — я была на гране того, чтобы как маленький ребенок от радости захлопать в ладоши.

— Держи, — Габриель убрал пустую тарелку в посудомоечную машину, а на ее место поставил коробку с лакомствами.

— Спасибо вам огромное, — я принялась ее распаковывать.

— Поль, давай условимся, что ты будешь обращаться ко мне на «ты». Понимаю, что я уже далеко не парень, но и древним стариком становиться, совсем не хочется.

— Спасибо тебе, — было несколько неловко обращаться к взрослому человеку на «ты», но я всё же преодолела этот невидимый барьер.

— Не за что, солнце.