— Это поклонник миз Лоренц и наш заграничный сосед! Он прислал ей коробку конфет в посылке! — тут же выдала меня воспитанница. Кэйти с готовностью кивнула, подтверждая сказанное сестрой.

— Коробку конфет? Когда именно? — продолжал расспрашивать мужчина. Этот его интерес к вполне невинному эпизоду мне совершенно не понравился, и, похоже, не напрасно. Слишком уж лорд за него зацепился. Непроста такое внимание.

— Совсем недавно! Миз Лоренц, ой, простите, леди Винтергарден… Или теперь мы должны звать вас тётей Минной? — простодушно осведомилась младшенькая, и её дядя, кажется, снова с трудом сдержал смех, наблюдая моё замешательство от этого детского вопроса. — Вы ведь не съели все конфеты в одиночку? Оставили нам попробовать хоть немножко?

— Я сам спрошу об этом у вашей гувернантки, — ответил вместо меня Доминик Винтергарден и, взяв меня за локоть, вывел в коридор, после чего прикрыл дверь, чтобы девочки не смогли нас подслушать.

— Да что вы себе позволяете?! — воскликнула я, вырывая руку из его хватки. — И к чему все ваши расспросы? Я ведь уже сказала, что у меня есть поклонник, и что дурного в том, что он прислал мне подарок с нашей общей родины?!

— Значит, подарок? Просто в доказательство своей симпатии? И вы уверены, что получили посылку именно от него?

— А почему я должна в этом сомневаться?

— Вы уже попробовали эти конфеты?

Его взгляд изменился, стал внимательным, цепким. Сейчас я вполне могла бы представить этого мужчину на занимаемой им должности. И понимала, что почти не знаю его.

Не знаю, но отчего-то тянусь к нему… Верю в то, что он не причинит мне зла. Даже сейчас, после его вероломного обмана, когда вместо фиктивной невесты он сделал меня женой во всех именах и рождениях.

— Ещё нет, но… — растерялась я, совершенно не понимая причины такой дотошности. — Почему вы спрашиваете? Неужели это так важно?

— Кажется, вы забываете, что в доме уже было убито два человека. Яд в конфетах — один из распространённых способов убийства. Отраву в шоколад можно добавить с помощью шприца.

— Это всего лишь подарок! — возмутилась я. — Господин Майер даже не знал лорда и леди Милтон, он совсем недавно поселился поблизости! И почему вы всегда предполагаете самое худшее?

— Такова уж моя работа. Вот что, леди. Вы отдадите эти конфеты мне. Я их проверю, и, если там действительно нет ничего, кроме шоколада со сладкой начинкой, верну их вам с извинениями. Договорились?

— Ладно, — пожала плечами я. Всё равно ведь не отстанет. Да и аппетита особого у меня не было — даже если это касалось обожаемых мною с детства конфет.

Точно под конвоем я проследовала в компании мага к своей комнате, вытащила припрятанную мною коробку конфет и отдала ему.

— Вместе с подарком было что-то ещё?

— Да, — буркнула я. — К нему прилагалась открытка. Её вам тоже надобно показать?

— Будьте так любезны, леди Винтергарден.

— Вы опять?..

— Тогда Минна? Или, может быть, Минни? Так вам больше нравится?

Я вздрогнула. Минни — это было ласкательное сокращение и от Эрмины тоже. Так меня называл когда-то отец.

— Только не Минни! Можете называть меня Минной, раз уж вам так хочется. Но не ждите, что и я стану обращаться к вам просто по имени.

— Чем вам не угодило моё имя?

— Просто не нравится!

— А имя вашего поклонника?

— Клаус? Оно самое обычное… для Ангориана. Да и какая вам вообще разница, как я отношусь ко всяким там именам?

— Мне просто хочется побольше узнать о вас, Минна. Вы пробуждаете моё любопытство, и с каждым днём всё больше. И такой уж я человек, что, когда что-то будит во мне это чувство, иду до конца в своём стремлении выяснить, что за этим скрывается.

— Во мне нет ровным счётом ничего интересного для вас, — отрезала я. — Вы и без того всё обо мне знаете. Даже рекомендательные письма моих прежних нанимателей читали. А теперь позвольте мне уже отправиться к девочкам. До обеда мы обычно ходим с ними на прогулку.

— Вы забыли отдать мне открытку, — напомнил он.

— Отдать? — нахмурилась я. — Кажется, речь шла только о том, чтобы показать её вам. И с моей стороны это лишь жест доброй воли — я не одна из ваших подсудимых, чтобы заставлять меня что-то делать.

— Разумеется, её я вам тоже верну. Но не забывайте, — проговорил лорд жёстко, — что мою сестру и её мужа убили в их собственном доме, а виновник до сих пор не найден. Согласитесь, что человек, который, пока они были ещё живы, поселился по соседству, а затем поспешно отбыл на родину, выглядит странно и вызывает определённые подозрения.

— Будь он в самом деле преступником, держался бы подальше от поместья и уж точно не заводил бы дружбу со здешней гувернанткой! — отозвалась я.

— Сказанное вами говорит о том, как мало вы знаете о таких людях, — заметил в ответ собеседник, покачав головой. — Иначе вам было бы известно, как тянет убийц, насильников, поджигателей на место преступления. И как часто они приходят на похороны своих жертв, чтобы увидеть результаты совершённого ими злодеяния.