— Фанатик? — озвучил я предположение.

— Судя по тому, что я успел подслушать, это подношения какому-то божеству, — тут же ответил на вопрос Иван. — У него в кабинете что-то вроде алтаря, но никто не видел его кабинет, кроме Майваны.

Я промолчал о том, что Майвана уже в ином мире.

— Как эта древность тогда с аппаратурой справляется? Или остались ещё фанатики с мозгами? — удивился я.

— Он и не справляется, за всё отвечает умный компьютер, который всем управляет. С ним можно разговаривать, он тебя понимает, слушает только Гридия. Мы ему нужны живые и никак иначе. Его божество всегда требует новой крови, потому мы и бежали.

— А мы как раз туда идём, — сообщил я новость и Иван остановился.

— Мне суждено быть растерзанным неведомой силой, которой никак нет в крепости, а теперь и ты с нами, значит за себя я могу не волноваться. Чему быть, того не миновать. Я заблудился в своём сознании, когда меня атаковал медведь и до сих пор брожу здесь. Тут пусто и туманно, а ещё нет выхода. Ты маг? — задал он резонный вопрос.

— Ответ очевиден, — я усмехнулся. — Тебе нужна моя помощь, а мне нужна твоя. Кто знает, может твоя судьба помочь мне прибить фанатика, пока он совсем чего не учудил. Устроил тут концлагерь.

Я вспомнил колонию Ришта, которая по своей сути мало чем отличалась, но опять же решил промолчать.

— Достань меня отсюда, пожалуйста, а я помогу тебе, — в голосе солдата послышались эмоции. — Даже пробравшись в одиночку в крепость меня не смогут убить, моя судьба уже предопределена, — он впервые улыбнулся, а я пожал плечами.

Логика мне подсказывала, что все эти предсказания не более чем мистификация и существуй они на самом деле, предсказателю не было бы цены, но раз Ивану это даёт сил, не будем рушить его иллюзию.

— Я тебя достану, но чтоб ни единого движения без моего приказа, понял?

Тот кивнул, но по глазам я видел недопонимание.

— И это не оборот речи, — ответил я его же фразой. — У тебя застой в крови и обезвоживание организма. Шевельнёшься резко и кровь, успевшая порядком загустеть, попрёт с усиленной скоростью. Ну ты понял или нет?

— Я могу умереть, — кивнул он.

Я кивнул в ответ и протянул ему руку…

Звёзды средь белого дня. Круговорот вселенной. Быстро вращающаяся земля. И нет, это не приход от наркотического препарата, а всего лишь то, что чувствует бедолага, удостоенный отведать кулак Валькры.

Я сплюнул кровь, потрогал зуб, вроде на месте, только шатается.

— Ещё, — бросил я Валькре в лицо.

Удар с левой, нет, с правой. Уходить влево, лучше вниз и… Я получаю ровненько в челюсть, валюсь на землю. Голубое небо, быстро темнеющее из-за заходящего солнца. Две луны: одна грязная, отдающая голубым, а вторая зелёная, с жёлтой гнильцой.

Я перевернулся, опёрся на руки, получил с ноги под дых, закряхтел, но, шатаясь, встал. Перед медведем прыгал, что акробат, а тут удары пропускаю.

— Хватит? — улыбнулась Валькра. Ехидненько так. Ей доставляло удовольствие приносить мне боль. — Ты скоро стоять не сможешь.

— Ещё, — уже более хриплым голосом простонал я.

В голове что-то стрельнуло. Нет, из прошлого, к сожалению, я ничего не вспомнил, однако ноги поменяли стойку. Так же, как когда я ступил на ветку и пошёл с носка на пятку. И из очень неловкой стойка она стала очень даже ловкой.

Валькра сделала подшаг вперёд, оставила заднюю ногу, бить будет руками. Не имея практически времени на рассуждения, я ударил по выставленной вперёд ноге по внутренней стороне бедра носком сапога. Валькра по инерции переместила центр тяжести на выставленную вперёд ногу и тут же, ойкнув, рухнула. Удар так и не был нанесён.

— Ещё, — на этот раз сказала она, вставая и потирая побитую ногу. На лице читалось лёгкое недопонимание.

Руки встали перед лицом. Удар левой, прямой, уйти в сторону, хук правой, блокировать левой и с локтя в челюсть. Валькра снова на земле.

— Быстро ты учишься, — ухмыльнулся Леголас, наблюдавший за нами.

— Не учусь, а вспоминаю, — в ответ ухмыльнулся я.

Рядом с Леголасом стоял усатый снайпер.

— Пятерых ты не завалишь всё равно, так что твой план провальный. Дай мне туда пойти, моя судьба…

— Нет. Подходи лучше сюда, — почти приказал я. — Окреп уже?

Иван кивнул, сбросил куртку, положил рядом на неё свою винтовку, стал напротив, принял стойку. Я ударил хлёстко, якорным ударом, Иван ушёл в сторону, махнул ногой, пришлось ставить блок. Дальше удар с его стороны, почти пропустил, перехватил, отвёл. Второй, хлёсткий, на среднюю дистанцию, третий хук и… Живот разразился болью, я согнулся пополам.

— Колено пропустил, — прохрипел я и вновь получил вспышку, после которой носом пошла кровь.