– Не надо. Попробуем сами разобраться, - ответил мужчина и присел возле Киры на кровать: - Кирюша, что случилось. У тебя что-то болит?
– она отрицательно покачала головой, не переставая плакать. – Мария, принесите, пожалуйста, воды.

Женщина быстро вышла. Герман посмотрел на Дашу:

– Что случилось?

– Папа, мы проснулись, играли в кровати, а потом она начала плакать, потому что испугалась, что её медведь потерялся. Но он же уже нашелся. Кирюша, он нашелся. Чего ты плачешь?

Девочка теснее прижала к себе медвежонка, но плакать не перестала. Герман потянулся и взял ребенка на руки. Она обняла его маленькими ручками за шею и намочила слезами рубашку:

– Кирюша, милая, не надо больше плакать. Медвежонок нашелся и никуда не денется. Он с тобой и больше не потеряется, - уговаривал мужчина, поглаживая девочку по спине.

– Кирюша, не плачь, - вторила ему Даша. – Все хорошо, не плачь.

– Я хочу к маме, - вдруг сказала Кира, и Герман понял, что они ступают на очень опасную территорию.

– Мама скоро приедет. А пока мы побудем с тобой, я и Даша. Поиграем во что-нибудь. Хорошо?

Девочка закивала и потерла кулачками глаза:

– А когда мама плиедит?

– Скоро, - ответила Даша. – Они уехали с Никой делать себе красивые прически. Вот такие!
– улыбнулась Даша и сделала у себя на голове кавардак из распушенных волос.

Кира рассмеялась сквозь слезы. А потом посмотрела на Германа и спросила:

– А папа мой когда плиедит?
– Герман задержал дыхание, что он мог ответить ребенку? Он посмотрел на Дашу, которая с такой же настороженностью во взгляде ждала его ответа. И как быть? Врать двум маленьким людям, которые дороги тебе, которые доверяют тебе?
– Мама сказала он на лаботе, в длугом голоде, - сама себе ответила Кира вытирая слезы. – Она сказала - он не сколо к нам плиедит.

– Ты о нем скучаешь? – тихо спросила Даша, такая же жертва обстоятельств и ошибок взрослых.

– Да, - ответила Кира, а потом посмотрела на Дашу так, как будто была уже совсем взрослой. – Может он в том же голоде где и твоя мама?

Даша резко вскинула взгляд на отца, как будто боялась, что он их заругает за этот разговор. Герман притянул дочь к себе. Он обнимал двух девочек, которых сроднили не только веселые игры, но и детские потери. Что он мог сейчас сказать им? Что пообещать? Пообещать и не выполнить?

– Нет, Кира, твой папа совсем в другом городе, - ответил, наконец, мужчина.

– Значит он сколо велнется?

– Я этого не знаю, милая. Не знаю, когда он вернется.

Кира заглянула мужчине в глаза:

– А Дашина мама? Она когда к ней плиедит? Ты знаешь?

Герман прикрыл глаза и притянул детей ближе к себе. Что ему ответить на этот вопрос?

– Даша, ты скучаешь о маме? – спросил он, не глядя на дочь и зная ответ.

– Немножко, - тихо ответила Даша и сильнее прижалась к отцу. А потом добавила, как будто все понимала: – Я очень люблю тебя, папа.

– Я тоже люблю тебя детка.

– И я тебя люблю, - сказала Кирюша.

Герман улыбнулся:

– А я люблю тебя.

Кирюша посмотрела на подружку:

– И тебя Даша люблю, сильно-сильно.

– И я тебя, сильно-сильно, - ответила Даша и обняла Киру.

– А меня кто-нибудь здесь любит? – спросила Мария с порога.

Дети вскочили с кровати и побежали к ней с радостными криками:

– Я! Я! Я тебя люблю! – они обняли женщину, и та выше подняла стакан с водой, чтобы не пролить.

«Скоро вечер, блеск огней, платье выберу скорей, тут оборка там волан будет Принц мой без ума», - вспомнила Ксения строки из детской сказки, рассматривая себя в зеркало. У неё в гардеробе уже давно числилось это легкомысленно-взбалмошное платье, но женщина никак не решалась его надеть – Артем бы удостоил её хмурым взглядом или даже велел бы переодеться. Короткое платье сидело как влитое и смотрелось по-молодежному, а в дополнении с туфлями на модном квадратном каблуке образ стал завершенным и стильным. Ксюше нравилось её отражение в зеркале, она вспомнила свои студенческие годы, и решила, что сегодняшнюю ночь проведет именно в таком ключе. Женщина положила необходимые мелочи в модную маленькую сумочку и повернулась к девочкам, которые все это время наблюдали за её сборами из постели. Сегодня они решили ночевать у неё в комнате.

Ксения покружилась на месте, и подол платья чуть взметнулся вверх:

– Ну как я вам?

– Ксюша, - восторженно смотрела на неё Даша, - ты настоящая принцесса!

– Тебе нужна калона! Возьми мою, с лозовыми блестками.

Женщина улыбнулась и подошла к девочкам:

– Кирюша, я её обязательно одену, но в другой раз. Хорошо?

 Девочка кивнула и, быстро откинув одеяло, вскочила на ножки. Ксения раскрыла объятия и подхватила дочь, когда та побежала к ней, пружиня по матрацу. Девочка крепко обняла маму, и женщина погладила её по голове.