— Как называется ваша фирма?! — крикнула вдогонку Варвара Львовна.

— Фирма «Даша»! — снизу откликнулся Глеб. Старушка зашла в квартиру и прикрыла дверь.

— Да, Сань… — ошеломленно проговорила она, — нашел ты себе друга. Бывает же такое!.. Фирма «Даша».

— Ба, их теперь знаешь сколько развелось? — отмахнулся мальчик, снимая с себя пальтишко. — Как у бобика блох!

— Сань! — позвала из комнаты его сестренка. — Тут какая-то колобка огломная!

— Не колобка, а коробка, — поправил мальчик, идя на ее зов.

— Я и говолю, колобка! Чего плидилаешься?!

Саша вошел в убогую комнатушку с выцветшими обоями и действительно увидел на полу большую коробку. Мальчик с опаской приблизился, приоткрыл крышку и…

— Бабуль! — закричал он. — Тут железная дорога!

Варвара Львовна не поверила глазам.

— Как же так?.. Когда же он умудрился? Пока мы с Танюшкой за хлебом ходили?.. Выходит, он все это заранее… Сань, там какой-то листок выпал.

— Где, ба?

— Вон, под стул залетел. Там что-то вроде написано.

Мальчик поднял бумажку и прочел вслух:

– «В этой жизни».

— И все? — удивилась бабушка.

— Ни фига себе «все»! — воскликнул Саша, пряча листок в карман.

Даша была вне себя. В дубленке нараспашку она прохаживалась перед своим подъездом и нервно курила. От ее гневного взгляда Глеб едва не обратился в пепел.

— Теперь уже на двадцать минут! — Она указала ему на свои часики.

— Прошу прощения, мотор заглох, — не моргнув глазом соврал Глеб.

Даша придавила окурок сапожком.

— Странно, что ваша тарахтелка вообще передвигается! Сегодня поедем на моей, и поведу я!

— Как скажете, Дарья Николаевна.

— Ой-ой, как мы изображаем раскаяние! — Она направилась к стоящей в пяти шагах «хонде». — В следующий раз вычту из вашей зарплаты!

Заметив неподалеку знакомый «ниссан», Глеб проворчал:

— Так всегда: чуть что — сразу из зарплаты.

— Поговорите мне! — Она открыла «хонду» и села за руль. — Вчерашний «хвост» заметили?

— А то! — усмехнулся Глеб, усаживаясь рядом. — Даже они заметили, что мы их заметили.

— Может, пугануть их? — Даша приоткрыла сумочку, в нерешительности ее подержала и бросила на заднее сиденье. — А-а, черт с ними! Этих мы хоть знаем!

— Здравая мысль, — сказал Глеб. — Не ожидал.

— Хамите?

— Ага, с гуманной целью. Неужто вы всерьез надеетесь вычислить заказчика, в то время как сами у него на крючке? Это ж коню ясно.

Даша включила зажигание и выехала на дорогу.

— Ну, Илюшка, — проговорила она, — и надеру же я тебе тохес!

— Вам бы кто надрал, — осадил ее Глеб. — Ведете себя как идиотка. Тупая и упрямая.

Даша сверкнула на него глазищами, но с неожиданным спокойствием поинтересовалась:

— Почему?

— Потому что прочесыванием списка Ольги вы лишь…

— Илья и про список вам доложил! Трепло!

— Покажите мне список. Я попробую…

— Перебьетесь.

— Дарья Николаевна, прочесывая этот список, вы сами как на ладони. Противник ваш, кто бы он ни был, калач тертый. Если он ликвидировал журналистку, значит, она что-то раскопала. Так неужели вы думаете, что при личной встрече с вами, если, кстати, он на нее пойдет…

— Ой пойдет! — заверила Даша. — Во-первых, чтоб не вызвать у меня подозрений, а во-вторых, чтоб разнюхать, как много я знаю.

— Весьма сомнительно, — возразил Глеб. — На ваши подозрения ему скорей всего плевать. А информация, которой вы якобы владеете, может и вовсе не иметь цены без конкретных доказательств. Но даже если вы в чем-то правы…

— Я права. Иначе я была бы уже трупом.

Глеб вздохнул и чуть помолчал.

— Допустим. Но почему вы считаете, что при встрече с вами этот господин Икс расколется? Как-то все у вас зыбко, Дарья Николаевна.

Даша свернула вдруг в темный переулок и притормозила.

— Гляньте-ка, — возмутилась она, — прицепились, как репей.

Преследующий их «ниссан» нахально остановился в двадцати шагах.

— Мы уже на месте? — осведомился Глеб.

— Нет, нам в Сокольники. Но время в запасе еще есть.

— За что ж вы меня так песочили?

— Терпеть не могу опозданий. Обещайте впредь быть пунктуальней.

— Обещаю. А вы обещайте, что впредь не выйдете одна из квартиры.

Даша помедлила с ответом.