— И ты скучаешь по этому?

— Не привыкла посвящать одному месту года своей жизни. Я очень рада, что мы решили отправиться в круиз. Бухты мелькают, люди проходят мимо, толпами, на разных языках, разных нравов, а потом Китай. Я покажу место, где училась…

— Мне рассчитывать на то, что ты будешь проводить много время в полете?

— А ты позволишь?

— Я буду мерзавцем, если посажу на цепь. Пообещай мне, что мы будем встречаться на всех наших праздниках — впишем даты в договор, а еще ты не можешь уезжать более, чем на две недели. Одна поездка в месяц — максимум.

— Ты аж вспотел, как начал говорить, — смахнула с потемневшего лба десяток капель. Ее ладонь. Замершая на лице. Ее ладонь, гладящая лицо взволнованного человека, чьи планы на семейную жизнь вздрогнули — их нужно было пересмотреть. И лучше быстро и сразу, чтобы эта попытка на счастье и семью не превратилась в главное разочарование. — Будет сложно следовать всем пунктам…

— Постарайся.

— Так уж и быть. Не для этого выходила замуж, чтобы шляться по миру… Только нужно путешествовать вместе — это очень полезно.

Они ныряли в море чувств, зрелых, страстных и благородных. Старались брать по максимум свое единство, а потому вдоволь стонали в каютах, а после ужина отправлялись на танцы или на СПА-процедуры — настаивала Оксана, расписывая в красках, насколько бывает прекрасным массаж. И действительно, после того, как нащупали их тела, через полупрозрачную перегородку, ведь клиенты являлись семейными, их ждал разгоряченный секс, окрылявший счастливых людей, нашедших друг друга в пугающем многомиллиардном мире. А после круиза они отправились в поездку по Китаю, наполненную встречами, когда на уединение просто не хватало сил, принесшую центру два новых контракта.

Оксана сияла. Она сверкала — его львица рвала на куски, королева саванны, сошедшая с глянцев и кожаных кресел, не стеснявшей темной кожи после лежания под солнцем беседовала с китайцами и открыто заявляла, что запишет Аркадия на курсы нового языка.

— Вкладываешь в меня?

— Пора, Аркаша. Мир никого не ждет, — выписывала сертификат на посещение курсов Аркадию через интернет. — Твой английский весьма плох, потому что нет практики. Может, тебя отправить в командировку?

— А ничего, что я директор логистического отдела?

— Аркаша, — склонила голову женщина, отрываясь от просмотра сайта. Мужчина смотрел на жену, не стершая еще макияж. Они пришли со встречи однокурсников всего час назад, а тут такие планы! — Я повышаю твою рыночную стоимость. К тому же, нас ждет тесное сотрудничество с иностранцами, так что во время моих деловых поездок, ты тоже не будешь сидеть без дела.

— Может, меня ревнуешь? Твои приятельницы были поражены, увидев меня!

— Конечно! — широко усмехнулась женщина, согласившись с последней фразой. Аркадий произвел приятное впечатление на ее “подруг”, серьезные, основательный, дружелюбный и в меру заботливый, смешно объяснявшийся на английском с мужьями однокурсниц жены или однокурсниками, которые не лучше его шепелявили на иностранном. Но рвение поговорить с иноземцем поражало — мужчину просто облепливали, закидывали вопросами, перекрикивали — никого не остановил межкультурный и языковый барьеры, особенно, после огромного стакана пива. Оксана не переставала улыбаться своему мужчину, доводящего жену до доброго смеха. — Так что мне нужно тебя чем-нибудь занять, полезным, — принимала на себя все более грязные поцелуй. Напористый слегка подвыпивший мужчина был немного груб и остервенел — на чужой земле он много раз ревновал Оксану ко многим сомнительным личностям, а потому, когда позволяло положение и место, припечатывал жену и занимал все ее мысли.

Игривая женщина уже без стеснений поднимала плиссированную оранжевую юбку, предоставляя доступ к своему сокровенному месту. Аркадий спускался к бутону, чтобы впиться в клитор и обсосать его, пока Оксану не заштормит в кресле; тогда она вскочит на ноги, поднимет мужа, слегка поддев подбородок указательным пальчиком, и толкнет на кровать. Дрожащие ручки стянут штаны, отбросят трусы, а шершавый язык облюбит вставший член, который вскоре окажется в сжавшемся лоне. В последнюю ночь в Шанхае, после прогулок, встреч и покупки сувениров, нужно было поджариться в страсти настолько, чтобы захотелось вернуться и повторить.

— Я хочу от тебя детей! — простонал Аркадий, кончив в женщину, разглядывая грудь, откровенно трясущейся от активных движений Оксаны. В этот раз она доминировала до звона в ушах. В этот раз она сидела на нем в позе наездницы, всасывала во влагалище пенис все глубже, до яичек, по новым технологиям, вычитанных в камасутре. Но не это было главное, а внезапно прорезавшееся желание мужчины, разглядывающего любимую женщину, творящую с ним все, что желала. Счастливую в неге, полную его семени, чье чрево могло выносить и родить здорового малыша. Вот, чего не хватало в его планах или надеждах. Вот, что его мучило во время всей поездки. — Я хочу… — Аркадий боялся свое желание; ему очень не хотелось слышать отказа Оксаны, которая вот-вот получившая возможность на долгожданные перелеты и встречи. И они только стали семьей.

Холодным от волнений губами Аркадий прикоснулся к плечу жену, лежавшей на нем уставшей и дремлющей.

— Богиня…

Глава 50

Глава 50

Только в фильмах и книгах история заканчивается свадьбой или рождением детей. Может, оно и так, когда все ходят счастливыми и довольными, а беды обходят стороной, но даже за листом в паспорте идет жизнь дальше, вполне интересная и животрепешущая.

Аркадий действительно был счастлив. У него была любимая женщина, у женщины был он, рядом мелькал подрастающий Максим, часто сбегающий из дома во время ПМС Елены, пыхтящей с управлением фирмы наравне с бывший мужем, а у Максима был облезший кот Меркурий, найденный у ночного клуба, блохастый, пережратый валерьянки и требующий ухода. Удивительно, что агрессивный кот Меркурий, шастающийся по дворам, пугающий народ пошел в руки ребенка сам — стал тереться, конючить еду, а после принялся преследовать, до самого дома. Ждал его у входа в дом, когда тот ночевал у отца, и говорил своим протяжным «мяу»: возьми меня, пригожусь. И в какой-то момент ребенок захотел стать ветеринаром. Внезапно, как по щелку пальцев.