— Ты изголодалась по ласке, да?

— Очень, — уже не скрывала, прижималась к Аркадию и благодарила за упорство и появление в ее жизни.

— Секс сближает, не думаешь?

— Очень.

Брать ее, когда ее спина касается спины, а ему приходиться ее держать, насаживать и брать на весу, было приятнейшим делом. Второй этап секса, когда после первого раза еще не отошли, а тело уже готово постигать новые вершины.

Закапало. Оксана кончила вновь и уже самозабвенно лежала на Аркадии, ожидая, когда он закончит вслед за ней.

И новый этап уборки. Барабан стиральной машинки крутился и крутился. Взрослая пара сидела на кухне. Мужчина резал мясо, женщина с жаром смотрела на красивый тортик, посматривала на бокал красного вина и виляла соблазнительно ножкой. Облизывается, специально открывает ротик и выпячивает красный язык. Губы их опухли, но это ничего. Ночной ветерок проникает в квартиру на двадцатом этаже и омывает ее стан.

Они ели почти без разговоров, наполняясь новыми силами. Думали о счастливых моментах в жизни, о том, что ждет их дальше, но отпускать друг друга не планировали.

— Что будем делать дальше?

— Не знаю. Твои предложения?

— Ну… я бы погуляла под луной, но сейчас не могу. Все еще горит. Можно фильм посмотреть.

— Эротический?

— Тебе не хватило эротики? — и они рассмеялись.

— Давай тогда комедию или фантастику?

— Согласна, — кивнула женщина и запустила в ротик кусочек мяса. Аркадий смотрел на женщину с обожанием. Это не были розовые очки, он носил уже обычную оправу. В серой жизни появился обжигающий световой луч. На душе от этого было так покойно и хорошо, что он продолжал млеть под ее взором. Бросил взор на левую руку.

Женщина не замечала это, но левая рука не переставала функционировать все их единство. Кончики пальцев дрожали. Ручка пыталась все подняться, обхватить ее, но от страсти женщина забывала об этом. А он уже знал, улыбался в тихую и строил планы, как довести Оксану до такого состояния, что почувствую правую и сможет ей управлять.

Любовь исцеляет.

***

— Оксана? — в квартиру вошла сиделка. Женщина оказалась уже в коридоре и хотела войти в спальню и разбудить клиентку, как заметила мужчину, выходящего из кухни. — Оу, меня не предупреждали.

— Значит, работаете по понедельникам?

— Когда как. Обычно мне оставляют заявки.

— Простите, что не предупредил. Оксана слишком замоталась.

— Понимаю-понимаю. Мне будить ее? Нужно на работу собираться.

— Я оплачу день работы, только не говорите, что были здесь, — и выгнал сиделку. Нет уж, оденет ее сам, а перед этим еще раз возьмет, облюбит, чтобы весь рабочий день находилась в легком напряжении, а под ночь растеклась и подставила свою дырочку.

Все два дня они то и дело, что набрасывались друг на друга, ели, смотрели кино или же работали. Все же Оксана не забывала о совещаниях между странами, просмотра деклараций, документов по налогам и много другого. Все-такие боссы компаний и крупных мероприятий работают очень много.

***

— О, поздравляю! — проковыляла баба Света в туалет. Аркадий широко улыбнулся и поздоровался с женщиной. Уже застегивал ширинку.

— С чем же?

— Весь такой довольный. Уже налюбовались голубки? Так и представляю твой красный петушок, видела какой налитый. Дело молодое, — обхохатывалась она, поздравляла и смущала взрослого человека.

— Все же не очень приятно, когда кто-то смотрит на чужой орган.

— Да ладно, у всех только цвета и размеры отличаются, а так — все одно, — махнула рукой и принялась чистить туалеты. — Береги Оксанку-то. Люби. И ручки задребезжат. И детки будут. И семья образуется.

— Вы многое уже предсказали. Мне стоит вас слушать.

— Конечно! — махнула рукой задорная старушка. Мужчина попрощался и вышел, а после него через пару минут вошел Василек. — Вася, ну ты проходи-проходи, милок! Твоя борода вновь отросла. Надеюсь там ты бреешься? Столько заразы сейчас ходит, поэтому лучше следи. Жара и все такое.

Мужчина заходил телом, вжался в стену.

— Вы продолжаете пугать меня.

— Ну что поделать, не всем ангелом представляться, — стала кичиться баба Света. — Ты, наверно, еще одинок. Чего так? Или по мужикам ходишь?

— Что вы! Я это… — зарделся мужик и пулей полетел в кабинку, чтобы скрыться от назойливой старухи и справить нужду.

— Счастье с той можешь попытать, но она еще та вертихвостка. Прости Господи, что такое говорю, но лучше присмотрись не к спортсменкам. И не травожуйкам. Жизни никакой не даст. Тебе нужна такая, как я. Помню своего Сенечку. Был высок, пригож, как скала. Полюбил до меня одну травожуйка, кормилася травой, так и Сеню голодом морила. А я борщок на говяжьей кости, ему и пирожочки с капустой, а после простоквашу — да он у меня в буйвола вновь превратился. Сила мужская появилась. Поле пахал так, что чуть пятки не отваливались. Эх, жаль только надорвался, таская мешки. Бог не дал ему долго прожить.