— Что за «патрули зелёных»? — недоумевающе покрутила хорошенькой головкой Ксения.

— Вам знакома такая организация, как Greenpeace? — спросил Борис.

— Какие-то защитники природы, — пожала плечиками Ксения. — Вроде пингвинов и тюленей спасали, китов.

— Китов тоже, — кивнул Борис. — Переводится как «зелёный мир». Это международная организация, ставящая целью спасение природы во всех её проявлениях. Отделения разбросаны по всему миру, почти в каждой стране. Ну, в Афганистане разве что не было, так там и охранять нечего. Так вот, с появлением этих странных существ, которые хотят уничтожить человечество и тем самым спасти Землю, эта организация вышла на первый план. Защитники природы закономерно превратились в фашистских штурмовиков, которые целенаправленно уничтожают людей. Только не по расовым и идеологическим различиям, а по отношению к природе.

— То есть? — не понял Алексей.

— Ну, вам, наверно, приходилось встречать людей, которые считают цивилизацию злом. Живут в брошенных деревнях, хуторах, просто в лесных избушках. Без электричества, газа, водопровода и так далее. В городах такие люди не пользуются мобильными телефонами, телевизорами, кушают растительную пищу, занимаются сыроядением ….

— …и моечепитием, — задумчиво произнёс Алексей. — Видел одного такого по телевизору. Прямо у коровы из-под хвоста, в пивную кружку и пьёт. А моча пенится, булькает — жёлтенькая такая!

— Прекрати, меня стошнит! — взвизгнула Ксения и замахнулась.

Алексей подставил ладонь, раздался звонкий хлопок.

— Это проверка. Значит, ты не агент гринписа, — с улыбкой пояснил он.

— Не отвлекайтесь, молодёжь! — строгим учительским тоном произнёс Борис. — Так вот, эти люди с восторгом приняли мысль о тотальном уничтожении цивилизации. Их идеология — назад, к природе! А для этого надо уничтожить города, промышленность как основной источник загрязнения и вообще все, созданное руками людей. Разумеется, человечество тоже должно быть уничтожено как носитель идеи цивилизации.

— А они? Ну, эти зелёные!

— Останутся и будут жить в согласии с природой.

— Наш дворец цветочная поляна, наши стены сосны великаны, наше счастье жить такой судьбою, — задумчиво произнёс Алексей. — Помните? Олег Анофриев пел.

— Да, удивительного таланта человек. И мультик хороший, — согласился Борис. — Кто бы мог подумать, что благородная идея сохранения природы, доведённая до абсурда, послужит идеологическим обоснованием для уничтожения человечества! — воскликнул он.

— Идея, брошенная в массы, всё равно, что девка, брошенная в полк, — пробормотал Алексей.

— Ты теперь все время будешь стихами говорить? — рассердилась Ксения. — Рифмоплет несчастный!

— Это не я, это Иосиф Бродский, — стал оправдываться Алексей. — Просто отложилось в памяти.

— О чем думаешь, то и откладываешь!

— Опять за своё… я же серьёзные вещи говорю! — возмутился Борис. — Так вот, идёт планомерное уничтожение рода людского. И делается это руками самих же людей. Уничтожаются города, на заводах останавливают технологические процессы, затем все разрушается до основания в буквальном смысле. Они не хотят ждать пять миллионов лет, — с горечью махнул рукой Борис.

— В городе не очень много разрушений. И взрывов я не слышу, — пожал плечами Алексей.

— Основная работа происходит в промышленных центрах. Все внимание сосредоточено на вредных производствах — химия, горнодобывающая промышленность, «нефтянка» так называемая.

— Представляю, что сейчас твориться в Дзержинске, — задумчиво покачала головой Ксения.

— Да, город «большой химии», — кивнул Борис. — Сколько он людей убил, животных! А с Окой что сделал? Это поток сточной воды в буквальном смысле! И виновны во всём люди.

— Странно — одни виноваты, другие нет, но ведь пользовались все! Эти долбанные «зелёные» не в пещерах жили.

— Ну, получается, как в одном кино — не виноватая я, он сам пришёл! — в смысле, мы ни причем, цивилизация появилась раньше нас и мы были вынуждены, — усмехнулся Борис.

— А теперь мы восстановим справедливость, отречёмся от старого мира, отряхнём его прах с наших ног! — воскликнула Ксения. — Типа того, да?

— Ага, тоже на поэзию потянуло? — съехидничал Алексей.

— Я серьёзно говорю! — возмутилась девушка.

— Надо признать, что самые страшные преступления люди творят во имя справедливости, правды и — что самое удивительное! — счастья для всех людей, — продолжал говорить Борис. — Так оправдывало свои преступления средневековое христианство, фашизм творил злодеяния, оправдывая их необходимостью улучшения человеческой породы, коммунисты уничтожали людей во имя светлого будущего человечества. Никто не говорит — мы негодяи и мерзавцы, мы ненавидим род людской, нет! Прикрываются рассуждениями о всеобщем счастье, о справедливости, о свободе, строят рай на земле. А его нет, рая. Нет и никогда не было, выдумка всё! И ада нет, сочинили страшную сказочку для запугивания тех, кто не ведётся на истории о вечном блаженстве, — горько усмехнулся Борис. — Представляете, в какой растерянности сейчас пребывают попы? Всех мастей, не только наши бородатые пузаны. Столько веков стригли купоны с доверчивых дурачков и вдруг, на тебе — вселенский облом!