— Максим, самое интересное я уже видела, так что жду Вас внизу. За чашечкой крепкого кофе обсудим моё видение нашего с вами будущего. Вернее, моего с Алексеем, а Вашего— с Марго. Специально уточняю, а то какая-то оговорочка по Фрейду получилась.

Орлов услышал, как звонко процокали в сторону выхода из комнаты каблуки, а затем хлопнула дверь спальни. Все так же довольно улыбаясь, он продолжил приводить свой внешний вид в порядок. Что ж… Пожалуй, будет весело…

Двадцать пятая глава.

Леха Никитин мчался в сторону родного города, абсолютно возмутительно нарушая скоростной режим. Он торопился. Вся картинка сложилась в его голове целиком. Наконец-то. Два дня, проведённые в столице стоили того. Теперь Ник знал все о тех годах, которые Маргарита жила вдали от дома. Знал и недоумевал. Неужели эта история о Золотой девочке, о бессовестной, избалованной эгоистке, коей он ранее считал Барби? Верилось с трудом, но, тем не менее, Леха точно знал, информация получена из достоверного источника.

Получается, Маргарита Ратинберг не просто бедна, как церковная мышь, она по уши в долгах. Не потому, что кутила направо и налево, а из-за мужа, которого несколько лет безуспешно пыталась спасти, держа неравный бой с отирающейся рядом старухой-смертью. Мало того, ещё и недвижимость, доставшуюся ей от супруга, Барби отдала его детям. Все это в голове Ника категорически не укладывалось, заставляя лишь недоумевать и поражаться.

Однако, положа руку на сердце, он был рад. Нет. Пожалуй, даже счастлив. Выходит, Марго просто-напросто не может отдать дом Ваське, потому что кредиторы сживут её со света. А значит, тот её отказ, в ответ на предложение Лехи, лишь вынужденная мера. От этой мысли Нику хотелось петь и танцевать. Его отличное настроение омрачало только воспоминание о переворачивающей душу картине, которую он увидел в окно особняка Ратинберг. А именно, Макс Орлов, по-хозяйки обнимающий Маргариту во сне. Но это теперь становилось всего лишь досадной помехой. Для себя Леха твёрдо решил, Золотая девочка должна быть только его женщиной. Всё. Никаких бывших, настоящих и будущих. Столько лет потеряно зазря. Достаточно.

Поэтому Никитин возвращался домой с определёнными намерениями. Они были, собственно говоря, весьма очевидны. Но для начала, нужно проверить Ваську. Вернее, дом и соседку, потому как, вполне вероятно, что первый разрушен до основания весьма активным братцем, а вторая может находиться в больнице с сердечный приступом.

Ник оказался в городе, когда солнце уже опустилось за горизонт. Он сразу же направился к своему коттеджу, в душе, на самом деле, желая, как можно скорее увидеть женщину, стоившую ему стольких нервных припадков и выяснить с ней, наконец, все недоразумения.

Леха припарковался возле дома, а затем, чуть ли не бегом, пересёк внутренний двор, удивляясь тому, что, собственно, стены и крыша на месте.

Он уже практически открыл входную дверь, собираясь шагнуть внутрь, когда его внимание привлекла одинокая фигура, маячавшая в окутанном вечерним полумраком саду.

Барби сидела, тихо раскачиваясь, на длинных, качелях, которые, в свое время, Леха купил для брата, потому как Васька насмотрелся каких-то буржуйских фильмов и упорно хотел, чтоб территория вокруг дома выглядела так же, как в кино.

Ник развернулся и, спустившись со ступенек, на которые только что практически взлетел одним махом, направился к девушке. Барби, видимо, крепко о задумалась о чем — то своём. Она даже не заметила его появления.

— Привет.

Леха хотел сказать это легко, непринуждённо, но голос предательски охрип, выдавая его волнение.

Качели скрипнули и замолчали. Маргарита подняла голову, словно выныривая из омута мыслей, так сильно её увлекших.

— Привет.

Девушка ответила так тихо, что, не жди Ник её реакции на их встречу с затаенной надеждой и волнением, он, наверное, даже не расслышал бы этого.

Вокруг было темно, лишь свет из окон дома позволял разглядеть очертания деревьев в саду и отблески воды расположенного чуть в стороне бассейна. Однако при этом, Леха, почему-то, видел Маргариту с удивительной ясность.

Барби выглядела уставшей, но в то же время, умиротворенной. Ник совсем не понимал, считать это, как добрый знак, или как тревожный. Учитывая их весьма волнительную последнюю встречу, подобный душевный покой Маргариты, пожалуй, даже немного пугал. А что, если она категорично настроилась на отсутствие личного подтекста в отношениях с ним? К тому же, нельзя забывать, рядом вертится смазливый, по уши влюблённый Орлов, который готов на многое, если не на все, лишь бы заполучить Золотую девочку.

— Почему ты здесь? Решила вернуться?

Ник затаил дыхание, страшась неизвестности и, в то же время, презирая себя за этот страх. Сердце замерло, будто в данный момент решалась вся его жизнь. Хотя… Положа руку на сердце, так оно и было.

— Вернулась? Да, вернулась. Из-за Васьки. Он ещё в день твоего отъезда заявился с просьбой быть это время рядом, чтоб некая злобная соседская мегера не взяла его в оборот. Пришлось помочь брату.

Ник настолько обалдел, услышав последнюю фразу девушки, что пару минут стоял, как дурак, широко открыв рот. Брат? Она сказала "брат"? Вот так спокойно и уверенно?