– Зачем вам все это было нужно?

– Неужели не понимаете? А я думал, вы у нас поднатаскались... Проверка, милый! Да не жмите вы его так, - обратился Кун к охранникам. Куда он денется!

Молодцы отодвинулись. Автомобиль покинул Город № 3 и стремительно двигался на юг. Вокруг пошла знакомая степь. "Только бы получилось", думал я.

Кун закурил сигару. Ароматный дым разошелся по просторному салону. Шофер давил на газ.

– И кого же вы проверяли?

– Да всех! Пока они клубились вокруг нас, боже мой, какие были интриги, волнения, суета, вы и не догадываетесь, я не спеша прозвонил всю цепочку - связи, контакты и все такое прочее. Согласитесь, организация нуждается в чистке. Сами видите, какие гаврики у нас работают. Как ни крути, отец весьма старомодный человек. А времена меняются!

– Так вы - Авель?

Кисселини-младший засмеялся и отвесил мне издевательский поклон. Машина гнала на юг.

– Вы знали о моем прилете?

– Откуда?
– искренне удивился Кисселини.
– Вы свалились мне, как снег на голову. Свежий человек, никто вас в лицо не знает... Грешно было не воспользоваться случаем. Правда, не думал, что вы окажетесь таким шустрым. Быстро вы до Отчета добрались. Да еще и поджигателем заделались.

– Я шел за своим кораблем, - сказал я.

Кисселини опять засмеялся.

– А с чего, собственно, вы взяли, будто "Дредноут" сэкономлен? Экие люди эти земляне, одно умиление!

– Так он у вас?!

– Ну зачем так кричать, - поморщился Кисселини.
– Вон он стоит. Мы туда и направляемся. Говорю вам, грех было не воспользоваться случаем.

Мы приближались к кораблю. Мой милый Дредноут, покорившись, стоял посреди степи. В иллюминаторах не горел свет, краска облезла под кислотными дождями - весь он был такой маленький и жалкий, что у меня защемило сердце.

Агатовый лимузин остановился.

– Светает, - заметил Кисселини, выбираясь из машины.
– Времени у нас в обрез, поэтому поспешим.

Охранники вытащили меня из автомобиля и поставили перед кораблем. Дредноут-14 не подавал признаков жизни, но что-то подсказывало мне: Гриша видит, он заметил меня. Но отчего же он молчит?..

Кисселини походил возле корабля, знаком приказал охранникам отойти. Потом приблизился ко мне.

– Послушайте, Вениамин, - негромко и раздумчиво произнес он.
– Вы должны мне помочь. Не скрою, от этого зависит ваша жизнь...

– Что вам нужно от меня?

– Только не надо, не надо этой позы!
– горячо зашептал Кисселини, наклоняясь ко мне вплотную.
– Вы прекрасно знаете, о чем речь. Вы будете жить, ясно вам?
– жить! Дышать, ходить по улицам, читать книги... Хотите, отдам подвальчик Уинстона, вместе с Милочкой? Мало - дам больше! Мне нужно только одно: корабль. У нас такой техники нет, у меня она будет! Ну? Отвечайте!

Время шло, и оно работало на меня. Но почему, почему ничего не происходит?..

– Не понимаю, чем я-то могу помочь...

– Ай, да отлично вы все понимаете, - с досадой произнес бывший Кун. Этот ваш типчик внутри...

– Так это Грише я обязан тем, что меня доставили сюда? Приятно слышать. Эй, Григорий, привет!

В ответ коротко мигнул свет в иллюминаторе ходовой рубки. Гриша подавал сигнал.

– Он блокировал входной люк, а когда мы хотели вскрыть обшивку, объявил, что взорвет реактор, и потребовал показать вас. Прикажите ему не капризничать и отправляйтесь ко всем чертям! Жизнь я вам гарантирую.

Я молчал. Мне нечего было сказать Кисселини. Ответить "да" и отдать мафии корабль? Я вдруг представил себе монастырский двор, заволокинцев, Петра Евсеича, сидящего у входа в свой подвал... Ответить "нет"? Но я вовсе не киношный герой, под градом пуль бесстрашно бросающий в лицо врага презрения...

Я молчал.

– Так, - буднично сказал Кисселини.
– Первый вариант будем считать отработанным. Собственно, ничего другого я не ожидал. Теперь вариант два. Боюсь, что он не столь приятен, ну да вы сами выбирали...

Он махнул рукой охранникам. Молодцы действовали на редкость сноровисто: мигом положили меня на землю, надели наручники, а щиколотки крепко-накрепко обмотали шнуром.

Кисселини озабоченно посмотрел на небо.

– Минут через десять пойдет дождь. Кажется, вы уже пробовали на себе его действие? Когда ударят капли и на вас начнет лопаться кожа, вы сам сделаете все, о чем просят. Если нет, вся надежда на Гришу. Полагаю, он не допустит, чтобы по его вине погиб хозяин корабля... Ну-с, а я пока посижу в машине.