***

Несколько раз Силана уходила в гостиную, чтобы помолиться. Можно было остаться у постели Грея, но там, рядом с Мелезой она чувствовала себя лишней.

Грей снова уснул, беспокойно и тревожно, и было страшно разбудить его неосторожным словом.

Ночь тянулась медленно, измерялась пламенем, которое восстанавливалось медленно, по капле.

В гостиной стояли миниатюрные часы — крохотная копия Часовой Башни. Они меняли цвет постепенно, неспешно снизу-вверх, как и настоящая Башня.

Когда Силана возвращалась в комнату Грея, то спрашивала у Мелезы, нужно ли принести что-нибудь. Раз за разом получала один и тот же ответ: «Все в порядке, Силана. Тебе нужно отдохнуть».

Сама Мелеза не уходила, не брала книгу, сидела неподвижно, будто изваяние, и держала руку рядом с безвольной рукой Грея. Не касаясь, но и не убирая.

Хотелось дать им больше времени наедине.

Незадолго до рассвета, когда Силана снова отлучилась для молитвы, на дальней стене гостиной засветился чародейский глиф — один из многих, что был в помещении. Силана без труда распознала знак, с помощью которого чародеи связывались друг с другом.

Это могло быть важно и нужно было предупредить Мелезу.

Когда Силана подошла к комнате Грея, услышала голоса. Он пришел в себя.

Грей сказал что-то, что ей не удалось разобрать, а потом спросил тихо и невнятно:

— Испугалась?

— Нет, — ответила Мелеза. Силана не видела ее, но почему-то очень отчетливо представляла: холодный взгляд и идеально прямую спину. — Я сама много раз желала тебе смерти.

— А я да, испугался, — признал он устало. Он никогда не говорил так с Силаной, и всегда казался очень сильным. Не способным на страх. — Не хочу умирать, не попрощавшись. И вообще не хочу умирать.

Силана услышала, как судорожно вздохнула Мелеза, и ее резкий, будто оплеуха ответ:

— Ты не умер.

— Испугалась все-таки, — словно самому себе сказал он. — Значит, еще не разлюбила. Знаешь, я иногда просыпаюсь, и думаю, что уже все. И тебе стало действительно наплевать.

Мелеза промолчала, и Грей продолжил:

— А потом вижу, что нет. Значит, еще можно надеяться.

— На что? Что я прощу? Ты с самого начала этого ждал. Еще когда полез той шлюхе под юбку.

— Ничего я не жду. Мне просто без тебя больно.

— Я это уже слышала.

Он выдохнул, Силана услышала шорох и скрип кровати, и надолго все стихло, а потом Грей заговорил снова:

— Мелеза, я ошибся. Я не могу это исправить, не знаю, как искупить. Я только вижу, что нам всем от этого плохо. Если Силана права… если наказание поможет, если после тебе станет легче… я его приму.

Значит, он очнулся уже тогда, слышал разговор Мелезы и Силаны.

— Конечно, ведь это так легко, — слова Мелезы сочились ядом. — Принять наказание, и жить дальше будто ничего не было. Чтобы потом снова…

Она замолчала, не договорив, а Грей спросил:

— Ты и правда веришь, что я поступлю так снова?

Силана затаила дыхание. И после недолгого молчания Мелеза ответила:

— Нет. Нет, не верю.

— Но и простить просто так не можешь, — он не спрашивал, утверждал. — Я не могу с тобой воевать, не хочу тебя терять, и не знаю, что мне делать. Я больше не хочу быть чужим в собственной семье. И если после наказания станет легче, то оно того стоит.

— Если ты его переживешь. Ты ведь не знаешь, каким оно будет.

Должно быть, она хотела напугать, но Грей только фыркнул, неожиданно весело, беззлобно, и в его ответе Силана услышала улыбку:

— Если умру, точно расплачусь за все, что сделал.

Силана сделала шаг, чтобы вмешаться, сказать, что такими вещами не шутят, но слова Мелезы заставили ее замереть на пороге.

— Десять плетей. И после каждого удара ты будешь просить у меня прощения.

Ее слова заставили Силану замереть на месте, омертветь внутри — десять плетей. Опытный палач мог рассечь человека в куски и за пять ударов.

Ведь господин Грей же понимал…

— Хорошо, — спокойно, тихо ответил он. — Значит десять плетей. И я буду просить у тебя прощения. Но потом, после наказания ты больше не будешь обращаться со мной, как с чужаком.

Силана услышала тихий вдох, и едва разобрала ответ Мелезы:

— Ты сделал мне очень больно. Но ты так и не стал для меня чужим.

***

Силана бесшумно отошла на несколько шагов назад, потом подошла к двери так, чтобы Мелеза и Грей услышали ее шаги, и постучала в дверь.