– Здравствуйте, - торопливо говорю и впускаю Ирину в квартиру.

– Здравствуй. Я на минутку к тебе заехала, надеюсь, не отвлекаю?

– Нет, проходите, - я провела гостью в зал.

– Вадим Олегович просил передать тебе это, - Ирина вытащила из своей небольшой сумки зеленого цвета три какие-то тонкие книжечки.

Я взяла их в руки и только потом поняла, что это наши паспорта. Как-то Воронов сказал, что занялся этим вопросом, но я об этом давно забыла. Не привыкла собственные документы с собой носить.

– Теперь ты и твои друзья абсолютно свободны, - заявила Ирина и эти слова вместо того, чтобы обрадовать меня, заставили почувствовать себя сломанной игрушкой. – Вы можете продолжать работу у нас, можете – уйти, никто не к чему принуждать не станет.

– Ясно, - я нервно перебрала в руках паспорта, а потом положила их на подоконник от греха подальше.

– Ты заболела? – Ирина внимательно посмотрела на меня.

– Уже почти выздоровела.

– Завтра в «Корвине» намечается банкет, Оксане нужна будет помощь, если ты, конечно, хочешь продолжить работу.

– Да, конечно, я буду, - тихо отвечаю, борясь с занозой, что врезалась мне в самое мясо, пытаясь достичь сердца.

Повисла неловкая пауза. Надо бы что-то еще сказать, но не могу – слова застряли где-то в глотке, нещадно царапая ее.

– Мне уже пора, - Ирина поправила пояс. – А ты лечись и не болей, - ее теплая улыбка немного ободрила.

– Спасибо.

– И знаешь, - женщина повернулась ко мне. – Ему тоже нелегко, - больше она ничего не сказала и ушла.

Как я должна была понять ее слова? Вадиму нелегко, потому что проблемы с работой? Или еще с чем-то? Или из-за нашего расставания? Так ведь у нас и отношений не было. Просто редкие встречи и секс. Теперь я окончательно сама по себе, Воронов поставил точку. Хорошо, что это сделал именно он, мне бы сил не хватило.

Так правильно. Я пыталась вдолбить себе в голову эту простую истину, но доходило слабо. Не понимаю, почему я вдруг стала такой тупой? И почему так адски трудно дышать, а любая мысль о Вадиме заставляет корчиться от боли?

Сжав руки в кулаки, я всё-таки вернулась на кухню, чтобы поесть. Запихивая в рот всё новую и новую ложку супа, я пыталась не разреветься в очередной раз. Хватит! Надо брать себя в руки, поигрались, пора и честь знать. Отработаю до конца месяца и уйду. Не смогу находиться в этом месте, оно доведет меня до ручки.

На следующий день я приехала на работу в положенное время. Странно было снова вернуться в «Корвин». Прошла неделя с небольшим, а такое ощущение, будто бы я попала в отрезок своей прошлой жизни. Людей нет. Ресторан закрыт для посетителей.

Оксана сказала, что сегодня готовится банкет, на котором будет присутствовать мэр и еще какие-то «шишки». Типа примирительная попойка. Хорошо, всё это звучит не так уж и плохо.

Переодевшись в униформу, я быстро вливаюсь в работу. После простуды тело всё еще ведет себя по-дурацки и устает быстро, но я пересиливаю себя. Хватит сопли тягать.

Подготовка шла полным ходом. Надо же… Чтобы просто пожрать и надраться каким-нибудь дорогущим пойлом нужно украсить зал и накрыть стол с такой точностью, чтобы всё под линейку можно было проверить. Идиотизм какой-то! Подносы, тарелки, салфетки, вазы с живыми цветами, что еще? Везде надо протереть пыль. Я думала о работе и гнала от себя мысль, что встречи с Вороновым сегодня никак не избежать. Не знаю, готова ли я к этому.

После подготовки весь персонал покормили и дали полчаса на отдых. Пока все залипли в телефонах, я украдкой поднялась на второй этаж. В кабинете Вадима было пусто. Судя по тонкому слою пыли на письменном столе, он здесь давненько уже не появлялся.

Присев на кожаный диван, я вдруг вспомнила, при каких обстоятельствах сюда попала. Да уж, «веселенькая» история. Но я ни о чем не жалела, хоть мне сейчас и больно. Злости тоже не было, только какая-то пустота. Раньше я была неугомонной то я здесь, то уже там. А сейчас будто всю жизни высосали из меня.

Здесь, в этом кабинете всё началось, тут же и закончится. Я поднялась с дивана, поправила свой хвост и глубоко вздохнув, спустилась обратно в зал. Нужно просто отработать до конца месяца и всё. Соберемся и уйдем. Думаю, в этом вопросе я лучше доверюсь друзьям. Нам здесь, действительно, не место.

Заняв свое привычное место у барной стойки, я глянула на входные стеклянные двери. Через секунду на пороге возник мэр в сопровождении своей многочисленной охраны. Все тут же засуетились. Доронин или как его там, глянул в мою сторону и криво ухмыльнулся. Меня будто током прошибло. Какой-то внутренний инстинкт заставил насторожиться. Тут уши востро держать надо, иначе приключится что-нибудь неладное.

Мэр вальяжно прошел и сел за стол. Охрана разошлась по разным углам, будто какие-то тени. В воздухе повисло напряжение, оно было очень ощутимым. Мы были словно дети, на время покинутые своей матерью или отцом. Оксана старалась держаться спокойно, уверенно, но даже она в присутствии этого Доронина была больше похожа на маленькую девочку, чем на взрослую женщину. Удивительно, как Воронов вообще нашел общий язык с этим типом. Я, конечно, не знаю его, но дружелюбных чувств он вот никак не вызывает.