– Наверное, можем, - я тяжело вздохнула.

– Значит, идем, - Петя быстро вскочил по белым, возможно мраморным ступенькам, а мы вслед за ним.

Внутри было тепло и приятно пахло духами. Обстановка здесь была практичная и без лишней дребедени. Черно-золотые цвета с маленькими вкраплениями белого, квадратные столы, блестящий наполированный пол, несколько зеркальных стен и пара тройка крупных металлических фигур, что служили украшением. Мягкий желтый свет немного успокаивал, но я всё равно чувствовала себя лишней, словно инопланетянка, спустившаяся на чужую планету.

Людей здесь было немного, но и по тем, кто ужинал видно, что живут они хорошо, даже очень. Красивая одежда, дорогие украшения, идеально уложенные волосы, белоснежные улыбки. И всем так весело, так комфортно. Интересно, сколько здесь тех, кто заработал деньги честным трудом? А сколько тех, кто хоть крупицу своего бесконечного состояния пожертвовал на благотворительность? Удивительно, как одни могут обжираться, как например тот жирный краснощекий мужик, который сидит за столиком у окна и наминает уже второй кусок поджаренного мяса, даже не замечая сок, скользящий по подбородку. А другие вроде нас, давятся дешевой овсянкой из пакетиков и сосисками, в которых едва ли есть мясо. Нет, конечно, по возможности я стараюсь следить за нашим питанием и при любом удобном случае, хотя бы изредка есть фрукты, а по большим праздникам и кусочек колбасы. Но эти жалкие потуги никак не соизмеримы с тем, что жрут все эти толстосумы. Стало настолько гадко, что внезапно захотелось помыться.

К нам неожиданно подошла высокая светловолосая женщина, одетая в строгий черный костюм. Ее пухлые губы, накрашенные ярко-красной помадой, растянулись в снисходительной улыбке. Так обычно улыбаются тем людям, с которыми неожиданно встретился на улице, но предпочел бы их не видеть вообще. В зеленых глазах, обрамлённых густыми ресницами, блеснуло отвращение. Мне захотелось с кулака врезать этой даме с безупречной кожей. Может, на нас и не было надето дорогого тряпья и как новогодняя елка, мы не были увешены блестящими цацками, но это не давало права так смотреть на нас. Наша одежда простая, но чистая, волосы причесаны, зубы почищены. Когда мы только сбежали из детдома, то у нас троих были вши. Расчесывали головы до крови. Но ничего, купила ножницы, обстригла всех, потом купила всякие шампуни от этих паразитов и кое-как справились. Так что весомых поводов смотреть на нас как на грязь под ногами, я не видела.

Мы пережили и голод, когда тупо не было денег пожрать и холод, когда жить негде было. Короче, жизненного опыта у нас было больше, чем у этой крашеной мымры, но почему-то она думала, что выше нас.

– Добрый вечер, - судя по маленькой картонке, прицепленной к ее пиджаку, женщину звали Оксана, и в ресторане она была управляющей. – Я думаю, вы ошиблись местом, - и снова эта притворная улыбка.

– Это ведь ресторан «Корвин»? – вдруг спросил Петя.

– Да, это именно он.

– Значит, мы точно не ошиблись, - друг достал из кармана деньги и всунул их в руку администраторши. – Надеюсь, теперь момент прояснился.

Женщина глянула на деньги и взгляд ее тут же смягчился. Улыбка осталась всё такой же притворной, но без снисхождения.

– Добро пожаловать, - Оксана сделала нам пригласительный жест, и мы направились к свободному столику.

Официант долго себя не заставил ждать, но судя по его выражению лица, он бы предпочел нас не обслуживать. Если честно, то мне уже вообще есть не хотелось, даже если бы нам принесли еду бесплатно. Я ощущала эту неприязнь, которая буквально витала в воздухе. Нам здесь не рады.

Но Леся и Петя имели одну способность, которая делала их жизнь чуточку проще. Они старались не зацикливаться на вот таких пустяках. А я так не умела. Четко распознавая негативное настроение человека, я уже не могла отвлечься на что-то другое. Нам не рады и этот обычный факт просто сводил с ума. Я испытывала неловкость, и это было мучительно.

– Закажите сразу или подойти чуть позже? – с некоторым высокомерием спросил официант, одетый в безупречную униформу.

– Чуть позже, - вежливо ответил Петька, беря в руки увесистое меню ресторана.

– Хорошо, - официант криво улыбнулся и ушел.

Стиснув от злости зубы, я отвернулась и постаралась вникнуть в общую беседу, но на задворках сознания всё равно пульсировало желание набить морды всем этим типа крутым богатым придуркам. Что администраторша, что этот тупой официант, который старше нас года на два, а строит из себя уже пупа земли. Не шастала по этим забегаловкам и отлично без них жила.

– Тут столько всякой вкуснятины, - с восхищением заявил Петя, положив перед нами на стол раскрытое меню, пестрящее яркими картинками предлагаемых блюд.

Желудки у нас троих тут же заурчали. Да, это тебе не овсянку есть.

– А что такое мраморная говядина? – спросила Леся, тыча пальцем на картинку, на которой изображен поджаренный кусок мяса с красивыми полосками и небольшим отрезанным кусочком, щедро политым какой-то подливкой.

– А черт его знает, но судя по цене, вкусная дрянь, - хохотнул Петька.

У меня уже текли слюнки. Я обожала мясо, наверное, как никто другой. А может мне лишь так казалось, ведь я не часто ела подобное. Но в любом случае, эту мраморную говядину я бы съела и даже не подавилась.