Я развязала ленты и сунула в рот шарик — молочная сладость таяла на языке, оттеняя легкой ореховой горчинкой.

— Тебя нельзя, — Фей легонько шлепнула меня по рукам. — Ты болеешь!

— Я сама знаю, что мне можно, — испачканными в шоколаде пальцами, я выудила ещё одну конфету и засунула в рот Фей, чтобы помолчала, другую — съела сама, и пару мгновений было тихо. Потом Фей неторопливо продолжила говорить.

Данд все дни проводит в лесу, ездит верхом. Уезжает на заре и возвращается к вечеру. Яо помогает в алхимической лаборатории.

— Всех алхимиков на декаде обязали варить эликсир от Мора, — Фей закончила плести одну косу и взялась за вторую. — Высочайшим повелением…, — губы ее скривились, — Северу был дарован рецепт от Морового поветрия, и уже декаду во всех Храмах идут службы во славу его Императорского высочества…

— … щедрость и великодушие которого не знает границ, — продолжила я тихо. Значит, они решили облагодетельствовать Север и преподнесли рецепт эликсира, как спасение. Отличный ход. Простые хорошо запомнят, кто именно дал распоряжение. — Как у нас в поместье? Есть больные? Аларийцы?

— Мы начали варить первыми, был полный запас ингредиентов. Сейчас семеро, — она сморщила лоб, — на карантине, об остальных не знаю. Ты бы видела, что творилось в Керне — все дрались за травы и коренья, дедушкино Хранилище конфисковали… в пользу города, — выдохнула она горько. — И даже кого-то из алхимиков посадили… будет Трибунал, за то что он поднимал цены на готовое зелье.

Про Сяо Фей говорила неохотно — помолвку скрепили скромно — только в присутствии Главы. Новоиспеченный жених отбыл в Столицу и прибудет в Канун Зимы с братьями для официального представления по всем правилам.

— Я осознаю свой долг, — произнесла Фей твердо.

Марша и Кантор приезжали на декаде. Фейу нанесла визит единожды, а Кантор — был трижды.

— И сегодня с утра Тир уже был. Уехал, — Фей показала на букет свежих пионов у окна. У Тиров отличные оранжереи.

Букет был слишком большим. И слишком роскошным. И это было плохо. Влюбленный Тир мне был совершенно не нужен.

Менталисты отбыли в Столицу ещё четыре дня назад, в поместье остался только Каро — ему тоже требовалось восстановление. Каро и сир Таджо получили звезду в послужной список, и юный менталист уедет через несколько дней — чтобы прибыть к награждению. Со всех, кто был в горах, взяли клятву о неразглашении.

— Вот, я знала, что тебе будет интересно, — Фей принесла аккуратно сложенную стопку газет — номера Имперского Вестника за эту декаду. Пока я перелистывала страницы — она продолжала плести.

Каро на карточке вышел неплохо — ему даже зачем-то перебинтовали голову. Какой идиотизм! Он улыбался смущенно и жалко. Щахрейн сиял холодной удовлетворенной улыбкой, Бутч щурился, а у Тиля была зафиксирована рука. Сломал?

В статье говорилось о героических подвигах сотрудников Управления, которые стоят на страже безопасности Империи; о спасении, практически ценой собственной жизни, юных наследников. Я читала и хмыкала. Судя по статье, и Керн, и Хадж просто не выжили бы, если бы не решительные и своевременные действия дознавателей. Управление из любой ситуации сможет извлечь выгоду.

— Это официальная версия? — я потрясла газетой.

Фей кивнула и предложила две шпильки на выбор.

— Не нужно, болит голова. Так нас всех спас Каро?

— Ты бы слышала, как возмущалась Фейу, — Фей сморщила нос. — Это было ужасно…

— Представляю…

Во втором выпуске был список погибших — почти три листа черно — белых карточек. Много простых, легионеров, Высших. Сразу семеро Старших матрон Высоких родов.

— Защищали внуков и род? Представлены к награде посмертно? — ошеломленно прочитала я приведенную причину смерти Старших сир.

— Угу.

— Бартуш погиб? И Хейли? Из Асти выжило только несколько младших? Наследник?

Фей-Фей грустно кивала.

— Матрона Бартуш сама ушла за Грань, покончила с жизнью, после убийства наследника — осознав, что совершила, — проговорила Фей тихо и вскинулась. — Это Фейу рассказала!

— Бартуш умер?

— Да.

— Ещё говорят, что перед смертью он заказал себе девочек из дома удовольствий, пока отец был в Хадже. Напился и… очень некрасивая смерть… и от руки собственной бабушки, — она передернула плечами.

У Кернской Академии нужно будет отстраивать два крыла. Пострадала от взрыва Ратуша и несколько домов, которые располагались близко ко входам в катакомбы, которые почему-то не успели перекрыть.

— Если меня уложили в стабилизатор, Зиккерт очнулся?

Фей молчала. Теребила расческу и отводила глаза.

— Фей-Фей?

— Зи… очнулся, — наконец произнесла она после долгого молчания. — И дознаватели… провели допрос. Они сломали его, Вайю…, — голос дрогнул от слёз. — Сломали.

Значит, менталисты не получили ответов, которых так хотели. Я закрыла глаза. Зиккерт и три страницы карточек в Имперском Вестнике. Три. Псаковых. Страницы.