— Причина, которая чуть не вызвала тварей на турнире, — эхом продолжил Райдо. — И имя этой причины знаем мы все — сира Блау.

— Вайю? — очнулся Аксель. — Причем здесь Вайю?!

— При том, — гневно рявкнул Райдо. — На юге они просто проводили испытания!

— Предварительные, — мягко уточнил Тиль. — И мы до сих пор не знаем наверняка…

— Кто знал, что исходникам придет в голову перенести ритуал на север?

— Их ритуал через зиму! — взревел Ашту.

— Какой, нахрен, ритуал? — рявкнул Аксель. — При чем тут Вайю?!

— Снятие пятой печати, — тихо-тихо прошептал Сяо.

— Да хоть десятой! Какая нахрен печать? Какие исходники на Севере! При чем тут Вайю?

— Вашу сестру принесут в жертву Богу, — любезно язвительным тоном начал Райдо. — Дар отмеченный печатью Немеса — немилостью, предназначен для подношения. Вашу сестру поместят в центр ритуального круга и сира Блау…

Аксель взревел раньше, чем Сяо успел отреагировать, и кинулся к Райдо, двинув ему по челюсти снизу так, что тот отлетел на пять шагов.

— Он здесь не причем! — встал поперек Тиль и тоже улетел в сторону. Сяо невольно восхитился — бил сир Блау отлично. — Мы не знаем наверняка!

— Знаем! Хрена ли не знаем! — взбесился Райдо, сплюнув кровь. — Все мы знаем, почему мы здесь!

— Райдо!

— Потому что кто-то хотел знать имя! Охота за убийцами Айены уже стоит мне поперек горла! Столько зим! — он рубанул ребром ладони по шее.

— Райдо, заткнись!

— Никто не виноват, что она оказалась не в то время, не в том месте, когда эти чокнутые решили провести очередную диверсию. Это могло случиться с любым из нас — не только на Юге, на Севере, в восточных болотах и топях, в горах… да где угодно. Если эта зараза расползется, мало не покажется, но кто-то хотел знать имя! — проорал Райдо почти на весь уровень.

— Заткнись, — тихо и веско произнес Бутч. И Малыш Сяо неосознанно втянул голову в плечи, в очередной раз благодаря Мару, что глушилка работает, будь у них сила, кто знает, чем бы это закончилось.

— Достало! — бесновался Райдо. — Меня достал холод! Достал этот гребаный Север! Я хочу нормального табака! Нор-ма-льного! А не того, что здесь продают под видом табачных листьев! Я хочу свежего маринованного бамбука! Свежего! И в ресторации! И хочу выпить наконец! И чтобы у меня не мерзло всё, что можно! Я скоро отморожу себе яйца на этом гребаном Севере, потому что кому-то…

Удар был таким смачным, что раздался влажный хруст, но Райдо заткнулся, придерживая нос. Бутч вмазал ему от души.

— Я должен тебе жизнь, признаю, — Райдо упрямо, как бык, склонил голову, — но я хочу знать, это стоило того, чтобы нарушать приказ? Стоило, чтобы мне все сдохли здесь, как подземные крысы? Только ради того, чтобы узнать имя убийцы твоей сестры?

— Приказ? — наследник Блау вычленил главное, и Тиль застонал. — Вы нарушили приказ? Вы поперлись в шахту и потащили меня следом?!

— Все не так, — быстро возразил Тиль, но сир Блау уже не слушал — сира Блау уже несло. Сяо быстро по стеночке отодвинулся дальше — он прекрасно изучил взрывной темперамент своего подопечного.

— Имя убийцы?! — взревел Аксель. — Какое нахрен имя! Моя сестра там одна!

— Все не так…, — вклинился Тиль.

— Заткнись!

— В сторону, — бросили ему одновременно Бутч и Аксель, которые сошлись посередине, как два райхарца в период гона.

— Стоило? Стоило ли это, твою мать, того? Похоронил свою сестру — давай и мою тоже?! — и Аксель ударил. Первым.

Они рычали и молотили друг друга, выплескивая всю накопившуюся ярость. Если сначала Бутч немного придерживал удар — Сяо видел, то к концу бил в полную силу, выкладываясь по полной. Они снесли Райдо с ног, отшвырнув его в стену, и даже не заметили.

— Господа! — надрывался Тиль, — Вы же сиры! Господа!

Господа сплевывали кровь, расходились и сходились снова. Когда у Акселя хрустнул нос — Ашту его достал, Сяо просто прикрыл глаза и взмолился пресвятой Маре: “Какого хрена, всеблагая?!”

Господа угомонились через десять мгновений — разошлись по разные стороны, заняв место друг напротив друга у стен, дышали с рваным присвистом, швыркали носами, сплевывали кровь, и изучали сбитые до мяса костяшки. Градус напряжения заметно спал.

У Ашту были подбиты оба глаза, и распухало ухо. У сира Акселя — Сяо с сочувствием покосился на своего пока-ещё-подопечного — уже заплыл один глаз, и нос явно придется править при помощи целителя. Райдо пристыженно молчал в другом углу, и Малыш Сяо, переглянувшись с Тилем, точно знал, какой рапорт первым делом ляжет на стол Таджо, если они выберутся отсюда.