— Да, — подтвердил граф. — Но я все же прошу вас не покидать пределы дворца без должной охраны.

— Я хотела бы съездить в город. Осмотреться…

— Не вижу причин, по которым вы не можете этого сделать, — Кристиан потянулся и схватил ее ладошку, лежащую поверх одеяла. Поднес к губам пальчики, поцеловал, круговыми движениями поглаживая кожу, — я отдам распоряжение, чтобы вас сопровождал отряд.

Кьяра затаила дыхание. Поведение мужа ставило ее в тупик. От его прикосновений по коже побежала горячая волна, тело охватила легкая дрожь. Она не могла контролировать собственную реакцию на этого мужчину и оттого терялась рядом с ним. Не знала, как себя вести, что говорить и как поступить.

Дни, проведенные во дворце наместника в одиночестве, она раз за разом прокручивала в голове каждое мгновение их недолгого супружества. С замиранием сердца вспоминала самую первую встречу. Пыталась припомнить каждый разговор.

Снова и снова приходила к тому, что Кристиану ШиДорвану удалось затронуть какие-то струны в ее душе, почти покорить ее сердце. Пусть еще не до конца, но он семимильными шагами приближался к тому, чтобы влюбить в себя супругу.

А этого Кьяра не могла допустить. Не хотела. Она не верила в любовь. Не желала оказаться во власти чувств и страстей, не могла допустить того, чтобы потерять себя.

Да и потом, любить собственного супруга — это моветон, ни разу не модно и… порицается в высшем свете.

Нет, нет и нет! Кьяра уже все для себя решила. Влюбляться в собственного мужа она не собирается. Ни за что! Ни при каких обстоятельствах!

Воспользовавшись замешательством жены, Кристиан потянул ее на себя. Кьяра не удержалась и вскрикнув, едва успела выставить вперед руки. Теперь она полностью лежала на муже, упираясь ладонями в кровать рядом с его плечами. Ее рыжевато-золотистая коса, растрепавшаяся за время сна, скользнула вперед и упала на грудь графу.

— Что вы делаете? — воскликнула Кьяра.

— Ммм… — одной рукой, Кристиан прижимал к себе супругу, второй же перехватил кончик ее косы. Потеребил шелковистые пряди и игриво провел по обнаженному плечу жены.

Кожа Кьяры покрылась мурашками. Она проследила глазами за жестом Кристиана.

— Что… — голос ее осип, и пришлось замолчать, чтобы не выдать собственного волнения.

— Я вас соблазняю, — он провел ладонью по ее спине, крепче прижимая к себе. — Вы против?

Кьяра опустила ресницы, чтобы скрыть блеск предвкушения в глазах.

— Попробуйте, — промурлыкала в ответ.

Ладонь графа скользнула по ее спине вверх, притягивая ближе. Теперь Кьяра почти распласталась сверху на муже, его лицо оказалось очень близко, а синие омуты глаз манили, завораживали, обещали…

Она слышала его дыхание, ставшее тяжелым, частым, и сама взволновалась сильнее. Стало жарко, и Кьяра осторожно пошевелилась, забыв на мгновение, в каком положении сейчас находится. Ладонь Кристиана скользнула по спине, зарылась в волосы, легонько поглаживая затылок, привлекая ее голову ближе…

Еще ближе…

Его губы коснулись ее сомкнутых губ. Осторожно, нежно-нежно. Легко, словно крылья бабочки, погладили. И только Кьяра решилась ответить на поцелуй, как он прекратил. Скользнул губами по щеке, легонько прикусил мочку уха, отчего Кьяру словно молнией ударило. Она выгнулась. С губ ее слетел стон. Она больше не сомневалась. Не пыталась прекратить или отстраниться.

Кьяра и сама не могла объяснить, откуда, но точно знала, что в этот раз все будет иначе, не так как в прошлый. Совсем не так. Без грубости, без боли. В груди стало тесно, воздуха не хватало, дыхание сбилось, а губы отчаянно желали поцелуев.

Только вот Кристиан не торопился.

Он, словно издеваясь, скользил губами по ее щеке, шее, прикусывал мочку уха, втягивая ее в рот и заставляя Кьяру стонать от наслаждения и разочарования одновременно. Она плавилась в его руках, таяла под его прикосновениями, выгибаясь, словно кошка, стремясь прижаться плотнее, медленно погружаясь в наслаждение.

Кристиан не отказывал себе в удовольствии исследовать тело супруги. Его ладони скользнули по спине, сжали ягодицы, на мгновение вжимая тело жены в свое, затем проследовали ниже, на бедра, потихоньку поднимая подол сорочки.

Кьяра непроизвольно дернулась, пытаясь отодвинуться, но ее порывом не прониклись. Кристиан притянул ее голову поближе, его губы накрыли ее, язык нежно погладил и проник дальше, не встретив сопротивления.

Поцелуй все длился и длился, то дразнящий, игривый, то глубокий и чувственный, заставлявший выгибаться навстречу, и напрочь отключаться от реальности. Кьяра отвечала со всей страстностью, даже не подозревая, что способна на нечто подобное. Она с головой окунулась в яркие ощущения. Смакуя каждую ласку, каждое прикосновение. Обжигающие волны удовольствия накатывали одна за другой, погружая ее в чувственный омут неизведанного ранее наслаждения.