— Мой сын не так плох, как ты думаешь.

— Где-то я уже это слышала, — усмехнулась Марисса, вспоминая Джин. Подруга настолько запала на новоиспеченного жениха по внешним данным, что радовалась замужеству Мариссы больше ее самой. Учитывая, что Марисса вообще не радовалась предстоящему событию, Джин была единственным счастливым человеком в данной ситуации.

Последующий час прошел как в тумане. Марисса была вынуждена улыбаться, выглядеть счастливой и бороться с практически непреодолимым желанием перегрызть горло своему жениху. К финалу мероприятия дочь Харпера чувствовала себя выжатым лимоном: кислой и сморщенной. Марисса была близка к обмороку, когда Тайлер Кларк украдкой шепнул будущей невестке о том, что она может потихоньку улизнуть. Дальнейшие события не требовали ее присутствия, поскольку разговоры велись исключительно о делах бизнеса. Отыскав взглядом отца, Марисса какое-то время пристально смотрела в его сторону, надеясь быть удостоенной хоть частичкой внимания. Итан Харпер был занят своими партнерами и беседами с ними. Он напрочь забыл о дочери, стоило ей торжественно сообщить о своем согласии на предстоящую свадьбу и позволить Реймонду надеть себе на палец изящное кольцо с внушительным бриллиантом.

Смахнув непрошеную слезу, Марисса вышла в фойе и почти бегом бросилась вон. Выскочив на широкие ступени, что вели к парадной двери ресторана, будущая миссис Кларк остановилась. Прохладный порыв ветра приятно коснулся разгоряченного лица, приводя в относительный порядок мысли и чувства. Запрокинув голову, чтобы не дать пролиться накатившимся на глаза слезам, дочь Итана Харпера закусила нижнюю губу. Моргнув несколько раз подряд, Марисса перевела дыхание и окончательно пришла в себя, успокоившись. Она привыкла, что отец относится к ней как к одному из предметов мебели. Его никогда не интересовали чувства дочери, как и то, чем она живет и где проводит время.

Салон автомобиля встретил ее терпким ароматом кожи и духотой. Едва сев за руль, Марисса покрылась потом. Эта мелочь ногами выбила самообладание из души Мариссы. Теперь, когда ее никто не видит, она могла позволить себе такую роскошь, как слезы. Уронив голову на сложенные на руле руки, Марисса заплакала навзрыд. Слезы ручьем лились по щекам, оставляя черные дорожки туши. Несколько раз мотнув головой, она повытаскивала шпильки, позволяя волосам рассыпаться по плечам. В эти моменты казалось, что сама жизнь разрывается вот точно также — на горящие полосы, обжигая душу. Прерывисто переведя дыхание, Марисса выпрямилась и поднесла к лицу дрожащие руки. Внезапно открывшаяся дверца заставила девушку вздрогнуть.

Возле машины стоял Реймонд Кларк. Он указал ей на пассажирское сидение.

— Давай, я поведу.

У Мариссы не было сил даже дышать, не говоря уже о спорах, поэтому она покорно перелезла на переднее сидение и отвернулась к окну. Усевшись на ее место, Реймонд завел мотор и тронулся с места. Следующие несколько минут пути прошли в полнейшем молчании. Мариссе уже начало казаться, что ее сердце перестало биться, настолько все было туманно и расплывчато. Забравшись с ногами на сиденье, она прижалась щекой к спинке, бездумно глядя в окно. Мимо проносились высотки, торговые центры, набережные. Всё это сливалось в единое, бьющее по глазам светом неоновых огней полотно. Опустив веки, дочь Итана Харпера тяжело вздохнула, борясь с подступающими рыданиями.

Только когда они выехали на шоссе, что темой лентой стелилось под колеса, мерцая в свете фонарей, Марисса оторвалась от своих горестных раздумий.

— Куда мы едем? — она заерзала на сиденье, стараясь сесть так, как положено. Длинное платье обмоталось вокруг ног, лишив возможности свободного движения. Спустя пару минут тщетных попыток совладать с зеленым шелком, Марисса выругалась и снова заплакала.

Остановив машину прямо посреди дороги, Реймонд наклонился над коленями девушки и, взяв подол, резко рванул его, разрывая боковой шов. Стройные ножки девушки обрели свободу, а Кларк удовлетворенно улыбнулся.

— Мне всегда нравились высокие разрезы, — заметил он.

— Куда ты меня везешь? — устало повторила она свой вопрос.

— Ко мне домой, — ответил мужчина, сворачивая на неприметную дорогу, которая вела к довольно основательному скоплению деревьев.

— Ты живешь в лесу? — скептически скривилась Марисса, рассматривая то, что находилось впереди.

— Это не лес, а сосновый бор, — поправил ее Кларк.

— Я еду с кем-то малознакомым ночью в лес, — покачала головой Марисса. — Абсурд какой-то. Может, ты — маньяк, и хочешь убить меня? — с надеждой поинтересовалась вдруг.

— Нет, — разочаровал ее Реймонд, улыбаясь. — Хотя, пару раз такое желание посещало меня, но нет.

— Жаль… — вздохнула Марисса.

Внезапно сосны расступились, и прямо перед ними возник небольшой особняк. Деревянный, с остроконечной крышей и огромными окнами, он напомнил Мариссе дворец из сказки. Объехав круглую клумбу перед парадным входом, Реймонд остановил «Вольво» перед массивной, деревянной дверью.

Не дожидаясь, пока жених откроет ей дверцу, Марисса выбралась из машины и посмотрела на особняк. Судя по всему, Реймонд даже не собирался изображать джентльмена, поскольку уже возился с ключами возле двери. Подумав, что манеры жениха оставляют желать лучшего, Марисса взяла из машины сумочку и направилась к Кларку.

— Я приезжаю сюда, когда хочу отдохнуть от всего, — сказал Рей, включая свет в холле.

Марисса остановилась на пороге, оглядывая просторную комнату. Два окна напротив друг друга, шкаф-купе, ковровая дорожка темно-зеленого цвета. Прямо напротив двери огромное зеркало в серебристой раме.

— Чего застыла? Иди! — Кларк подтолкнул ее в спину, ни сколько, чтобы побудить продолжить путь, сколько для того, чтобы пройти самому.

Войдя в гостиную, он снял пиджак и швырнул его в одно из кресел. Вслед полетела рубашка. Оставшись в белой майке, Рей повел широкими плечами. Марисса поспешно отвела взгляд, чтобы не выдать своего интереса. Кларк явно проводил много времени в спортивном зале, о чем говорили рельефы мышц и кубики пресса, проступающие через облегающую майку. Реймонд был прекрасно сложен, в чем Марисса вынуждена была себе признаться. Ей внезапно захотелось потрогать эти загорелые плечи, крепкую шею…