Первое время Клава надеялась, что отношения с коллегами наладятся. Но даже руководство, похоже, стремилось внести разлад в коллектив. Ирина Николаевна одним своим присутствием умудрялась делать сносную атмосферу в магазине невыносимой. Она требовала, чтобы девушки постоянно потакали клиентам. И если в этом Клава еще могла ее понять, то причин, по которым их заставляли проводить еще по часу за уборкой после закрытия магазина – уже нет. За дополнительную работу, как поняла Клава, не платили, и потому девушки изо всех сил стремились спихнуть ее на друг друга.

Поскольку Клава новенькая, ей доставалось больше всех. Таская ведро с водой за собой по залу, она размышляла о том, что устроиться уборщицей ей и так ничего не мешало. Работала бы меньше, а платили столько же.

Кроме мытья полов надо было еще привести в порядок обувь на полках, сами полки, зеркала, и в конце, как все будет готово – поставить дверь на сигнализацию.

– А теперь, – сказала Клава сама себе, запирая наконец дверь, – можешь отправляться на бал, Золушка.

На улице уже зажглись фонари. Клава сунула руки в карманы ветровки. Она всегда носила ее с собой на случай непогоды. Домой хотелось прогуляться пешком. Завтра выходной, особых дел нет, зато можно будет ничего не делать с чувством удовлетворения, а не вины, как обычно.

– Эй, Клуша!

Клава даже вздрогнула, настолько ее резануло старое прозвище. Она невольно оглянулась.

– Оболдуев! – сказала она с досадой.

– Ты откуда это? – это и в самом деле был Борька. На этот раз он оказался одет по-деловому – черные штаны, рубашка, сдвинутый на бок галстук.

– С работы, – сказала Клава. – Ты, я вижу, тоже. Нарядный какой, при костюме. В банк ходил?

– Вроде того. Тебе куда?

– Домой.

– Подвезти?

– А тебе по пути вообще? – Клава подозрительно прищурилась. – Или ты меня заманиваешь в машину, чтобы потом увезти в лес и съесть?

– Почему съесть? – не понял Борька.

– А что же еще со мной можно сделать? – удивилась Клава.

Борька покраснел и рассмеялся.

– Нет, – сказала он, – нет, я людей не ем. Честно.

– Какое облегчение. Ой, извини, мне звонят.

Борька терпеливо ждал, пока Клава выудит из сумочки свой надрывающийся телефон, оглашавший улицу древним хитом Сердючки.

– Да? – сказала Клава.

– Привет! Что делаешь? – женский голос в трубке показался совершенно незнакомым.

– Домой с работы иду, – сказала Клава. – Привет.

– Ты не узнала меня? Я Алина.

Клава выдохнула с облегчением.

– Привет, Алина, – да, я помню, мы договаривались, но я в выходные работаю, а завтра как раз нет. Может, если хочешь встретиться, то завтра?

– Как скажешь, – сказала Алина. – Как вообще дела?

– Нормально.

– Пока не родила? – Алина явно улыбалась.

– Да вот три года как, – рассмеялась Клава.

В трубке поперхнулись.

– Да, сынишке три года уже. – радостно сообщила Клава, раздумывая, не нарвалась ли на еще одну чайлдфри. – А у тебя как?

– Да никак пока. Завтра в три. Только где?

– Давай в кофейне. Вот знаешь, на улице Ленина, прямо напротив Совкомсбербанка. Всегда хотела там побывать, но не приходилось.

– Я знаю, где это. Хорошо. Завтра увидимся.

Клава нажала отбой с чувством легкого раздражения.

– Извини, – сказала она Боре, – Алина звонила. Ты помнишь ее? Наша одноклассница. Ну, высокая такая, еще коса была как мой кулак. Училась на отлично и вообще, умница красавица, не то что я, – она хихикнула, стараясь скрыть смущение.

– Помню, – сказал Борька.

– А, точно, вы же встречались, – улыбнулась Клава. – Была какая-то история. Ты отбил ее у парня, потом вы встречались, он даже угрожал тебе. А потом вы вдруг расстались ни с того ни с сего, почти перед самым выпускным. Что только не рассказывали тогда, и что она изменила тебе с Максом, и что ты ревновал ее жутко. Я мало что знаю, поскольку не люблю лезть в такие дела. Но, ох, про ваш роман можно было книжку написать. Сколько лет-то прошло, да? И не поверишь.

– Ну да.

– Мы завтра с ней встречаемся, – сказала Клава. – Сказать, что я тебя видела?

– Эм, у тебя есть ребенок? – внезапно спросил Борис.

– Да, а что такого? – удивилась Клава. – Многие в моем возрасте уже имеют детей.

– Ты замужем?

– … Нет.

Борька задумчиво потер переносицу. Клава выжидательно смотрела на него.

– Я передам Алине привет, – сказала она.

– Ага, – сказал Борька.

– Пока, – сказала Клава, поскольку разговор явно расклеился.