Впрочем, если смотреть по бабушкиным линиям, в моей крови есть примеси цыганской и еврейской национальностей. Так что среди друзей (а мы с вами обязательно должны стать друзьями) я люблю величать себя скромным званием “человек мира”.

С первых слов Бестужев понял, что речь эту Хачерили произносит уже далеко не в первый раз, она была хорошо отрепетирована и, наверняка, производила соответствующий эффект на слушателей. Но в этот раз грек не на тех попал. Впрочем, он и сам это быстро понял, когда пауза после его спича несколько затянулась, а Инга, громко лопнув пузырь от жвачки, повернулась обратно к монитору.

— Что ж, — немного обидевшись, продолжил грек, — мне осталось к своей биографии добавить немного. В данный момент я служу в Федеральной службе безопасности в довольно высоком звании. До конца операции буду ее возглавлять и являться вашим непосредственным начальником. Но это, я думаю, капитан уже до всех донес.

Бестужев кивнул.

— Теперь я умолкаю, устраиваюсь на вашем удобном диванчике, — он действительно плюхнулся на диван, — и готов внимательно выслушать каждого из вас. Что сделано, что делается прямо сейчас и какие шаги отдел собирается предпринять в будущем, чтобы раскрыть наконец эти страшные убийства.

Первым, как и полагается, слово взял Бестужев. Он четко, оперируя лишь фактами, рассказал о событиях последних дней. Капитан детально описал места преступлений, результаты работы доктора Стрельцова, свидетельские показания и так далее. И только о Вере он не упомянул ни разу. Во-первых, он не хотел объясняться, по каким причинам он рассказал гражданскому лицу секретную информацию. А во-вторых, он просто не хотел говорить об этой прекрасной женщине с этим недогреком.

Хачериди ничего не сказал и просто повернулся к Инге. Она рассказала, что в данный момент анализирует данные, поступающие из Интерпола и от сальвадорских коллег. Необходимо обязательно обнаружить, что же связывает Пабло Ганадора и Луиджи Гуэрра. Правда, пора порадовать высокое начальство ей нечем. Общим на данный момент является лишь род занятий обеих жертв.

Грек все это время откровенно пялился на ингину грудь. И Бестужев мог поклясться, что дважды видел, как Хачериди плотоядно облизнулся. Правда, как только хакерша завершила свой рассказ, он тут же потерял к ней интерес и повернулся к Олегу. Тот, в свою очередь, поведал, что безуспешно воюет с записями с камер наблюдения, анализирует отчеты экспертов с мест преступлений, но кардинально нового к вышесказанному пока добавить не готов.

Резюмируя доклад отдела, слово снова взял Бестужев:

— Таким образом, основная версия, которую мы рассматриваем на данный момент — убийства на религиозной почве. Скорее всего, это дело рук сатанистов. А вот откуда они у нас тут взялись, нам и предстоит выяснить.

Хачериди задумался, пожевал губами, а потом резко вскочил:

— Иными словами, у нас практически ничего нет. И пару дней вы потратили впустую. Впрочем, кое-кто неплохо проводит время, посещая недешевые рестораны, — грек метнул взгляд в сторону Бестужева, и тот невольно покраснел. — Значится так. Олег, бросай камеры, с этой простой задачей справятся и лоботрясы-оперативники, коих тут полздания. А ты же берешь другой отряд и снова обходите окружающие места преступлений улицы и снимаете показания. И чтобы ни одна живая душа не осталась без внимания. Кто-нибудь что-нибудь да заметил обязательно, просто его об этом не спросили.

Инга, теперь ты. Я попрошу тебя, милочка, перестать бесцельно бить по клавишам клавиатуры, мне кажется, им уже больно. Давай-ка активизируй свои настоящие способности (да-да, я все про тебя знаю), взломай базу данных Интерпола и сальвадорской полиции. И вытащи оттуда ту информацию о наших жертвах, с которой по какой-то причине с нами забыли поделиться наши иностранные коллеги. Но только все делаем деликатно, не оставляя следов. А то мы до сих пор еще вмешательство в выборы США не разгребем. Говорил я, нужно не скупиться и нанимать более дорогих хакеров.

— Но я хакер не такого уровня, — попыталась сопротивляться Инга, но грек пресек ее возражения.

— Если сама не сможешь, то привлекай своих друзей, которые смогут, — Хачериди был безапелляционен.

Что касается Бестужева, то секретный агент пожелал все время держать его поблизости и использовать как связующую нить между всеми звеньями расследования. Быть мальчиком на побегушках капитану, естественно, не нравилось, но в этом случае он мог оградить от излишнего внимания грека своих коллег. Что уже было благо.

И работа полетела. В течение трех следующих дней все спали мало, а трудились много. К слову, Хачериди получил неограниченную власть над владимирскими полицейскими. Практически весь личный состав он привлек к расследованию этого дела. Булдакову пришлось снимать людей с других дел, зато Олег получил солидное кадровое подкрепление.

С самого утра они обходили магазины и жилые дома, в основном, частные, которые раскинулись вокруг Золотых ворот и Никитской церкви. Вопросы, вопросы и еще раз вопросы… Не видели или не слышали чего-нибудь необычного? Например, человека с татуировками по всему лицу или криков о помощи? Или просто криков? Возможно, на нерусском языке. А машину вот такую белую или вот такую красную не видели? Жаль, ну что ж, мы пойдем дальше. Спасибо, что уделили нам время.