Плюс маленьких и относительно небольших городков заключается в том, что не надо никуда спешить, не надо бояться, что опоздаешь на важную встречу или свидание. Владимир легко можно пересечь из одного конца в другой за полчаса на автомобиле. Максимум минут за сорок пять, если попал в час пик.

Поэтому Бестужев даже с учетом прогулочного шага подошел к ресторану на пятнадцать минут раньше назначенного срока. Впрочем, опаздывать — прерогатива слабого пола. И своим правом Вера воспользовалась сполна. Бестужев уже подумывал перезвонить ей, может быть, она решила отказаться от ужина. Но нет, в половине девятого журналистка вошла в двери “Блэквуда”, и Бестужев онемел от восхищения — Вера была сногшибательна.

Плотно облегающее черное платье до колен и красные туфли на шпильке средней длины подчеркивали ее стройные ноги и элегантную фигуру. Еще с первой встречи Бестужев понял, что Вере точно больше тридцати, но выглядела она на зависть многим двадцатилетним. Волосы были уложены в замысловатую, но идущую Вере прическу, минимум макияжа на лице. Выделялись лишь ярко-красные губы, прекрасно гармонирующие с туфлями.

Сам Бестужев на свидания не ходил уже много лет, поэтому ему даже в голову не

пришло заехать домой — надеть свежую рубашку. Он критически осмотрел свой облик

в зеркале и скривился: джинсы, рубашка и кроссовки явно диссонировали с образом

Веры. Но что-то менять было уже поздно. Ладно, подумал он, возьмем обаянием.

Капитан поднялся навстречу:

— Вера, добрый вечер. Вам нужно быть осторожной — своей красотой вы можете ослепить всех присутствующих здесь мужчин. И наше свидание превратится в еще одно расследование.

Вера подошла к Бестужеву так близко, как этого позволяли приличия.

— Капитан, — резко сказала она. — Давайте мы сразу кое-что разъясним друг для друга. Во-первых, мне уже почти сорок лет, и все эти словесные прелюдии мне давным-давно не интересны. Во-вторых, будем называть друг друга на “ты”. Все же мы видимся уже во второй раз, и для двадцать первого бескультурного века все этикеты соблюли. И в-третьих, принимая во внимание твою великолепную дворянскую фамилию, я буду звать тебя преимущественно “Бестужевым”. Если тебя что-то во всем этом не устраивает, я могу тотчас же развернуться и перенести процесс поглощения ужина в свою семиметровую кухню.

Бестужев открыл рот, попытался сначала возразить, потом как-то искрометно согласиться, но выдавил из себя лишь:

— Да без проблем, я привык, меня все так называют.

Положение спас подошедший официант, который сопроводил пару за из столик. Он раздал им по меню и оставил, дав время на выбор блюд. Бестужев любил ходить по заведениям, но эти походы чаще носили характер дружественной пьянки — не важно было это с Лерой, или с Олегом, или компанией одноклассников, время от времени заезжавших в гости. Но чтобы вот так — один на один с дамой, которую он откровенно начинал побаиваться… Ох, давно это было. Но Бестужев — не Кутузов — и отступать был не намерен.

Он решительно взял в руки меню решив, что самый проверенный путь — начать с напитков. Свидание это или не свидание, а выпить бутылочку испанского красного вина еще никогда погоды не портило.

— Вера, какое вино вы предпочитаете?

— Смотря, что мы будем есть: мясо или рыбу, тяжелые салатики или легкие брускетки? — улыбнулась она. — Впрочем, Бестужев, не напрягайся, сегодня у меня другое настроение. Все же мы находимся в английском ресторане, так что вдарим по пиву. Тем более, что здесь его наливают в непривычных для нас объемах — английских пинтах.

— А это сколько?

— 568 миллилитров.

— Интересно, как здесь отмеряют именно это количество, — улыбнулся Бестужев.

— Ну вот, ты уже улыбаешься. Значит мы движемся в верном направлении.

Решено было остановиться на светлом эле. К нему заказали легкие рыбные и мясные закуски. На горячее Бестужев взял “горский шашлык”, а Вера — “рождественскую индейку”.

— Ну что ж, с прелюдиями совсем покончено, время делиться секретами, — сказала она, сделав внушительный глоток эля. Кружка в ее руках, хоть и фирменная, совсем не вязалась с образом вечерней дамы, но, кажется, Веру это совсем не заботило. Бестужев чувствовал, что она была каким-то особенным существом, живущим своей, непохожей ни на одну другую, жизнью. Рядом с ней капитану было одновременно интересно и страшно: Вера была загадкой, которую хотелось разгадать, но при этом имела все признаки женщины-вамп, от которых чаще всего в жизни возникали одни неприятности.

Он видел ее всего лишь второй раз в жизни, но чувствовал, что может доверять ей. В принципе, в людях Бестужев разбирался неплохо, и своему чутью доверять привык. Именно поэтому, еще по пути в ресторан, он решил поделиться с ней деталями расследования. Упуская жуткие подробности, он рассказал о Ндрангете и MS-13, статусах Пабло Ганадора и Луиджи Гуэрры в этих группировках, разговорах со страшным Санчесом и бородатым барменом.

— Какая странная фамилия у Луиджи, — удивилась Вера. — Неудивительно, что ее обладатель разрушал города и страны.