– Нет, не стоило, - едва слышно пробурчала девушка.

Да, действительно не стоило. Забыла она, с кем связывается. Наагасах её обдурит и ещё окажется правым, а она кругом виноватой.

– То есть память у тебя всё-таки как капкан?

– Может, хватит издеваться?
– Дарилла раздражённо посмотрела на мужчину.

– Нет, я же должен отомстить. Между прочим, из-за тебя я очень плохо спал этой ночью. Всё думал и думал... О твоих словах, - губы нага опять расползлись в шкодливой улыбке.
– Ты ведь вчера мне призналась.

– Я была пьяна!
– резко ответила Дарилла.

– Говорят, что пьяные - самые правдивые существа, - с намёком заметил мужчина.

– Враки!
– авторитетно заявила девушка.

Риалаша зацепило, что она сейчас отказывалась признавать то, что говорила вчера. Он был так рад, когда услышал её признание, а сейчас она утверждала, что все эти слова не более чем пустой звук. Это его разозлило. Но Риалаш не стал показывать своё недовольство.

– А ещё вчера ты утверждала, что являешься моей должницей, - мстительно протянул он.

– Сама не знаю, что я там напридумывала, - Дарилла постаралась произнести эти слова как можно безразличнее.

Риалаш прищурился и тонко улыбнулся. По спине девушки прошёл озноб. Мужчина наклонился и, глядя, ей в глаза спросил:

– Неужели ты действительно думаешь, что я забыл тот случай в храме Маримуса? Если так, то вынужден тебя расстроить. Память у меня потрясающая.

Дарилла отшатнулась, с испугом смотря на него. Риалаш разогнулся, продолжая насмешливо разглядывать девушку.

– Я думал не смущать тебя этим долгом, но ты сейчас попыталась увильнуть от ответственности, поэтому я вынужден напомнить о нём.

В смысле напомнить? Зачем? Он хочет, чтобы она отдала его? Дарилла нервно осмотрелась, явно выискивая пути отступления, но обнаружила, что хвост нага окружил её, расстелившись по полу.

– Ты меня тогда нагло обманула, - мужчина печально вздохнул.
– Пообещала, но обещание не выполнила. А ты знаешь, что долги имеют обыкновение множиться?

– Как... множиться?
– девушка нервно облизнула губы.

– Если ты занимаешь деньги у ростовщика, то потом должна отдать ему большую сумму.

Дарилла ни разу не имела дел с ростовщиками, поэтому смутно представляла себе суть этого ремесла. Но слышала о этих барышниках много чего нехорошего.

– Ты обещала мне поцелуй в обмен на поступок. Поступок я совершил, а плату не получил, - Риалаш сокрушённо прицокнул.
– Если бы платой была монета, то на следующий день, ты должна была бы вернуть мне эту монету и несколько медяшек. Но поцелуй нельзя разделить на полпоцелуя или на четверть поцелуя, поэтому к расчету можно принять только целый поцелуй. Из этого следует, что на следующий вечер ты мне была должна уже два поцелуя. А к сегодняшнему моменту их набралось...
– Риалаш специально сделал паузу, - сто тридцать пять.

Рот Дариллы распахнулся сам собой. Она почувствовала себя обманутой и ограбленной.

– Нет, подождите...
– она схватилась за голову, пытаясь собраться с мыслями.

– Ты считаешь, что это несправедливо?
– наг сурово посмотрел на неё.

– Я...
– начала было девушка.

– Но ведь это ты изначально нарушила условия, значит, тебе и нести ответственность.

– Подождите...

– Я и не тороплю. Но помни, что с каждым днём твой долг увеличивается.

Обескураженная Дарилла выпалила первое, что пришло в голову:

– Я вчера отдала два поцелуя!

Выпалила и вспыхнула факелом. Риалаш усмехнулся и неспешно протянул:

– Ты, видимо, плохо помнишь условия сделки. Целовать должен я, а не ты.

– Когда это было?!
– возмутилась девушка, но сама тут же припомнила слова неадекватного наагасаха о том, что целуется она плохо.

– Ну я же тогда сказал, что сам поцелую. А ещё ты обещала, что поцелуй отдашь сразу, как мы доберёмся до постоялого двора. Следовательно, у твоего обещания было определённое время для исполнения: вторая половина дня. Не первая и не ночь. Всё отданное не в это время суток в зачёт долга не идёт.

Наверное, именно так чувствует себя человек, ограбленный жадным ростовщиком. Вроде всё по закону, но справедливость не ощущается.

– Наагасах, вы что серьёзно?
– Дарилла раздражённо уставилась на мужчину.
– Вы хотите стребовать с меня выполнение обещания, которое я дала в сердцах, в тот момент, когда вы себя совершенно не контролировали?

– Во-о-от, - Риалаш наставительно поднял вверх указательный палец.
– Я ещё был в уязвимом положении. Можно сказать, совершенно беспомощен. А ты меня обманула! Знаешь, обмануть кого-то в таком состоянии - всё равно что обмануть ребёнка. Мне следовало бы удвоить за это уже имеющийся долг, но я буду милосерден.