— Удивительно, но здесь порядок, — заметил он.

— Эту комнату Вивьен отдала мне, пока я не подыщу подходящее жилье. Понятия не имею, зачем ей рояль, ведь она не играет. Наверно, потому что он красиво смотрится с белой мебелью.

Они снова надолго замолчали, но теперь тишина была не уютной, а неловкой.

— Интересно, когда вернется Вивьен? — пробормотала Рин.

— Зная Фриса, могу сказать, что нескоро.

— А кем работает Фрис?

— Моим охранником.

— И он вот так просто вас оставил? — изумилась Рин. — Ради женщины? И вы ему это позволили?

— О, вы даже не представляете, насколько противным он может быть, если не позволить ему пойти за юбкой, — вздохнул Анхельм. — Здесь для меня нет никакой опасности. Ну, разве что одна. Влюбиться до беспамятства.

Рин взглянула на него с усталой улыбкой.

— Вам еще не надоело? Вы как рыцарь из дамского романа.

— Вам не нравится, моя несравненная? — спросил он с несчастной улыбкой. Анхельм знал, что Рин терпеть не может все эти сопли в сахаре, так что нарочно дразнил ее.

— Не подавайте мне пустой надежды. И прекратите вы меня так называть!

Рин поднялась и прошла к окну.

— Вы будете на приеме в честь принцессы? — спросил Анхельм.

— Да, Вивьен приглашена, меня тоже включили в список.

— Позвольте, под какой фамилией?

Рин вздрогнула, и Анхельм понял, что попал в точку: она не помнит своей фамилии и еще не нашла документы, раз пользуется настоящим именем. Но где тогда ее документы? И что будет, если она их найдет?

— А вам зачем знать?

— Хочу сидеть рядом с вами за столом.

— О, едва ли нас пустят за стол, — напряженно рассмеялась Рин. — Вивьен сказала, что я буду участвовать в показе. Открывает его принцесса, а я иду последней в числе остальных моделей. Вивьен готовит шоу, так что завтра… То есть сегодня… Мы весь день проведем во дворце, будем репетировать.

Анхельм оценил перспективы и с облегчением признал, что все складывается как нельзя лучше. Осталось только поймать Кастедара и заставить его вернуть Рин память. В любом случае, ему необходимо сперва поговорить с Илиасом.

— Рин, уже утро. Я, пожалуй, пойду.

Она обернулась и выглядела немного разочарованной.

— Уже?

Анхельм подошел к ней, взял ее руку и нежно сжал. Развернул ладонью к себе и поцеловал.

— Не смейте меня обманывать, Анхельм, — прошептала Рин, отдергивая руку, но герцог не отпустил и прижал ее к своему сердцу.

— Чувствуете? Разве я играю с вами? Вы моя первая и единственная любовь. И ни одна принцесса, ни одна женщина мира не будет значить для меня столько, сколько значите вы, моя прекрасная леди.

— Вы меня пугаете.

Анхельм готов был взвыть: Рин снова не верила ему. Получается, даже с полной потерей памяти она не освободилась от каких-то страхов, связанных с отношениями? Да что с ней такое произошло?

— Простите, если все это звучит нелепо. Простите, если мои признания сбивают вас с толку. Простите, что я люблю вас, хотя мы знакомы всего шесть часов.

— Вы ничего обо мне не знаете.

Анхельм подумал, что уже слышал эту неприятную песню.

— Верно. Все, что я знаю — это то, что передо мной стоит обворожительная девушка. Мы с ней одни в огромном доме. Я ужасно, до смерти хочу поцеловать ее, но не могу себе этого позволить, потому что она меня боится.

Рин мгновенно отвернулась и поджала губы.

— И хотя вино мы пили вместе, но пьян я один, потому что, видимо, несу чепуху. Да?

— Вам пора идти, — Рин отняла свою руку и отвернулась к окну. Анхельм со вздохом отступил на пару шагов и, тяжело дыша, пошел прочь. Еще немного — и он точно наделает глупостей, за которые Рин его потом не простит никогда. Он почти вышел из комнаты, но остановился, когда почувствовал ее ладонь на своей спине. Рин подошла так неслышно, как умела только одна она. Он обернулся, озаренный надеждой. Рин смотрела на него со смесью страха и непонимания. Она взяла его за галстук и потянула за собой. Анхельм послушно шел, как щенок на поводке, его взгляд был прикован к ее глазам; он боялся разорвать этот контакт, словно тогда между ними исчезла бы эта волшебная искра, которая творила непостижимую магию любви. Рин встала на диван, чтобы поравняться с ним ростом. Обняла за шею и приблизила свое лицо к его. Анхельм замер и даже не дышал. Сердце трепетало в нежном предвкушении, но когда теплые губы Рин дотронулись до его губ, оно забилось с такой скоростью, что в ушах зашумело, голова закружилась, внутри оборвалась и полетела вниз какая-то нить, которая связывала его с этим миром. Все стало неважно. Все было неважно, и только ее гибкий стан и чувственные губы, целующие его так жадно, страстно, только Рин одна имела смысл в этом безумном мире. Только.

Ему показалось, что он падает. Падает и летит, подхваченный этими небывалыми чувствами. Вихрь эмоций завертел его в своих горячих воздушных ладонях, словно он был легкой пушинкой. И безраздельно отдавшись в его власть, Анхельм почувствовал, как любовь заполняет его до краев, переливается и вырастает в нем ощущением грандиозного, неповторимого счастья, безмятежности, эйфории. Нет, это не вихрь держал его, — это у него самого выросли крылья!

Рин отстранилась первой. Ни слова не говоря, она легонько толкнула его в грудь и села, закрыв рот ладонью. Анхельм поцеловал ее в лоб и ушел. Любые слова разрушили бы этот прекрасный момент, который они создали вместе. Он шатался от волнения и в коридоре случайно задел локтем вешалку. На пол посыпалась одежда, вылетели какие-то бумажки, Анхельм нагнулся, чтобы собрать их и обнаружил… документы Рин. Удостоверение и жетон. Он оглянулся: Рин не вышла на шум. Анхельм поднял их и быстро убрал в свой карман.

*~*

Disclaimer: все картинки взяты с просторов интернета. Права на изображения принадлежат тем, кому они принадлежат, я ничего не присваиваю и с удовольствием укажу автора, если он объявится.:)

Вивьен вернулась около одиннадцати утра и немилосердно растолкала с трудом уснувшую Рин. После ухода Анхельма девушка провертелась в постели несколько часов из-за мыслей и эмоций, накативших на нее следом за поцелуем, и уснула, когда солнце уже поднялось над горизонтом. Теперь она раскачивалась в попытках понять, кто она такая, где находится, и почему ей нужно так рано вставать. А Вивьен тем временем подхватывала какие-то тряпки, одежды, кисточки и складывала все в большую деревянную коробку.