Это почти как влюбленность», — пели музыканты. Анхельм подумал, что эта сцена уж слишком похожа на какой-то дамский роман, но не нашел в себе сил даже улыбнуться. Его ревнивый взгляд был прикован к мужской руке, по-хозяйски лежавшей у Рин на талии. Иногда рука сползала чуть ниже, и Рин со смехом одергивала кавалера, позволявшего себе лишнее.

— Я бы ему эти руки… откусил бы, — сообщил Фрис, вставая рядом в позу мужа, не вовремя вернувшегося из дальней поездки. Анхельм даже не кивнул. Он развернулся, сел на лавочку и стал ждать. Музыка сменилась, заиграл медленный вальс. Рин с удовольствием развернулась к своему кавалеру, очарованному столь экзотической девушкой, но ее внимание привлек другой и потребовал танец.

— Да она просто нарасхват, — заметил келпи, видя, как Рин улыбается и не может выбрать, с кем танцевать следующий танец. Один попытался урвать у нее поцелуй, но она со смехом его оттолкнула. Анхельм бросил пиджак и картонку с сумочкой на лавку и решительно направился к своей возлюбленной. Соперники не спешили его пропустить, и ему пришлось использовать локти. Прорвавшись через толпу, он просто схватил Рин за руку и вывел на середину площадки, с превосходством и молчаливой угрозой взглянув на растерянных неудавшихся кавалеров. Она смотрела на него так, словно видела первый раз в жизни и была немало удивлена его внезапным появлением и откровенно наглым поведением. Анхельм не дал ей времени на возражения и закружил в вальсе. Он нежно сжимал ее маленькую ладошку и столь любимые тонкие пальчики и не мог насмотреться на родные зеленые глаза, глядящие растерянно и смущенно. От осознания, что Рин совершенно не помнит его, в груди у Анхельма заныло. Ее болезнь прогрессирует?

— Вы так хорошо танцуете, — сообщила Рин. От ее голоса сердце едва не взорвалось, в горле пересохло. — Но так смотрите, что я смущаюсь. Я что-то сделала вам?

— Да, — ответил Анхельм, не сводя испытующего взгляда с ее глаз.

— Что?

— Украли мое сердце.

Рин засмеялась.

— Будет вам! Увидели издалека и тут же влюбились? — она недоверчиво фыркнула.

— Разве не так любовь рождается? — решил подыграть Анхельм. — С первого взгляда я вас и полюбил. Хотите, я скажу, как вас зовут?

Она снова засмеялась и хитро посмотрела на него.

— Ну-у, попробуйте. Только учтите: вы уже не первый, кто пытается угадать мое имя.

— И что, был хоть один, кто угадал?

— Нет. За сегодняшний вечер я была уже Матильдой, Изольдой и даже Гризельдой. Еще одной Гризельды я не выдержу.

— Тогда я должен держать от них ваше имя в секрете. Чтобы никто не смог звать вас по имени, кроме меня.

— А мне-то скажете? — она кокетливо похлопала ресницами.

Анхельм наклонился и прошептал ей на ушко.

— Рин.

Она лишь засмеялась в ответ и отрицательно помотала головой.

— Нет. Не угадали.

— Нет-нет, я угадал. Я вижу по вашим глазам. Вы удивлены. Значит, я угадал.

— Ну… хорошо. Угадали. Только не говорите никому.

Музыка смолкла, и Рин попыталась отстранить его.

— За верно угаданное имя мне полагается еще один танец, — сказал Анхельм. Рин окинула быстрым взглядом толпу страждущих и ответила:

— Не боитесь, что они вас подстерегут за темным углом?

— Мужчине не положено бояться, когда рядом дама его сердца. Еще один танец, госпожа моя!

Рин смилостивилась и уступила. Вокалист, красавец с темной кожей запел песню о незабываемой женщине.

— Что это за музыка? — спросил Анхельм, когда они снова закружились в танце под красивую медленную мелодию.

— Не знаю. Вам нравится? Откуда вы приехали?

— Мне нравится. Я из Соринтии. Как вы поняли, что я приезжий?

Она сделала вид, что задумалась.

— Ну-у, у вас другой тип внешности. Здесь нет у людей такой светлой кожи. Но-о, может быть, вас выдало то, что вы говорите на другом языке?

— В самом деле? Хм, вот досада. А вы, стало быть, тоже не отсюда, раз понимаете меня.

— Да, я приехала несколько дней назад, — ответила Рин, улыбаясь.

— Вы одна здесь?

— Нет, с подругой. Она вон там, — Рин кивнула на Вивьен, которая общалась с господином в строгом костюме и черном котелке. Анхельм видел только его спину, но был готов поклясться, что рядом с Вивьен стоял Кастедар.

— Вы с подругой не желаете к нам присоединиться?

— Вы говорите о себе во множественном числе или вы здесь тоже не один?

— Я с другом, — улыбнулся Анхельм.

— А… Эм… Я должна спросить у подруги. У нее, кажется, были какие-то планы на вечер. Простите, вы не могли бы… Не могли бы вы прекратить это?

— Прекратить что?

— Гладить мою спину.

Он тут же опустил руку.

— Простите. Увлекся. Вы восхитительны. Незабываемы.

Рин ничего не ответила, опустила взгляд, поджала губы и больше на него не смотрела. Анхельм понял, что она придумывает благовидный предлог, чтобы сбежать от него. «Нет, дорогая, даже не надейся», — подумал он. Музыка смолкла, и Рин решительно отстранилась, на этот раз герцог не стал ее удерживать. Девушка пошла к Вивьен и стала с ней разговаривать. Анхельм зашел с другой стороны, но господин в костюме вдруг повернулся к нему спиной и зашагал прочь. Герцог обменялся взглядами с Фрисом, тот пожал плечами и кивнул на его безмолвный вопрос. Подошел к Вивьен и Рин и поздоровался.